Я чуть прищурил глаза и склонил голову набок. Он смотрел на меня открыто и уверенно, мягко улыбался, и пламя играло в его зрачках. Ольтар был похож на Великого Духа, воплотившегося в смертное двуногое тело, и я почувствовал, как перехватывает дыхание. Я попался, завяз, был пойман в голубую сеть радужки, запутался, утонул в пучине зрачков еще тогда, у берегов Рамна, когда вкус крови был на языке и рев реки в ушах. И осознание, бессмысленное и беспощадное знание о том, что я зря надеялся все решить, оставить симпатию симпатией, не переводить ее во что-то страшное и извечное, как леса на нашей земле, навалилось на меня тяжелой и беспощадной, вышибающей дух волной.
Я закрыл глаза, лишь бы не видеть его лица, уткнулся в собственные ладони, с силой потер лоб и непроизвольно заскулил, невесть кого прося о помощи. Но мне никто не смог бы помочь, и отчаяние захлестнуло душу. Я был самым идиотским, самым глупым и самым безнадежным волком своей земли, когда поверил, что не влюблюсь, смогу подавить и противостоять чувству, когда верил, что это обойдет меня стороной, ведь я, да простят меня Великие Духи, я же был самым рассудительным, о да, самым умным и, конечно же, самым бесчувственным волком со времен Первых Песен!
Я был болваном и сам подписал себе смертный приговор.
- Виктор, что случилось? - мои запястья обхватили цепкие пальцы, и Ольтар оторвал мои руки от лица. - Что с тобой?
Он сидел на корточках передо мной, обхватывал теплыми руками мои пальцы и смотрел встревоженно и недоуменно. Я с тоской заглянул в голубые глаза, высвободил руку, дотронулся до теплой щеки, провел по загрубевшей от зимних морозов коже. Когда он хмурился, между бровей появлялся маленький аккуратный треугольничек, и мне так сильно, до темноты в глазах, захотелось поцеловать этот кусочек светлой кожи, что я не стал сопротивляться.
- Виктор... - пробормотал он, и я, не думая, не размышляя, забыв про все на свете, забыв про мелочи вроде вида, семьи, рода, стаи, зарылся огрубевшими пальцами в светлые мягкие волосы возле шеи и потянул его на себя.
У него были самые сладкие губы на свете: твердые, обветренные, с изумительным запахом призрачной орхидеи, через мгновение раскрывшиеся мне навстречу, и это было самое чудовищное, самое страшное мгновение моей жизни. Я заскулил ему в рот, облегченно скользнув языком по зубам, прикусил нижнюю губу. Он зарылся пальцами мне в волосы, и, Великие Духи, это и рядом не стояло с самыми изысканными ласками омег моей стаи. Я осторожно потянул его на себя, целуя в уголок губ, выцеловывая скулу, проскользил кончиком носа по щеке, жарко выдохнул в ухо.
Ольтар толкнул меня в плечи, и я покорно упал на спину. Он был невероятно, ошеломительно красив, когда навис надо мной в неверном свете костра, улыбаясь легко и чуточку безумно.
Я потянулся к нему, нагибая его голову и все же приникая губами к маленькому треугольничку между бровей. Он тихонько засмеялся, целуя меня и выдыхая прямо в губы.
- Что? - я провел рукой по его боку, заглядывая в невероятные, ошеломительные глаза.
- Теперь Неринга меня убьет, - улыбнулся он, и я не смог не припасть к уголку его тонких, обветренных губ. - Я не только мужеложец, но еще и совратитель представителя другой расы.
Я не понял, что он сказал, но это было неважно, потому что я снова поцеловал его, скользя руками по спине, и он ответил мне, прикрывая глаза и все еще улыбаясь.
Мягкий треск костра и наше сорванное дыхание неожиданно нарушил оглушительный вой и крики двуногих. Ольтар оторвался от меня, вскидывая голову в сторону звука, и я прикрыл глаза, обхватывая его ладонями за талию. Я не мог понять, чего мне хочется больше: никогда не отпускать его и наплевать на весь мир или встать и оторвать Салтару его пришибленную Духами голову!
Глава 13. Гости.
- Виктор, что там? - Ольтар растерянно на меня посмотрел.
Я вздохнул и сел, аккуратно перемещая его себе на колени. Ткнулся носом ему в шею, вдохнул, закрыл глаза.
- Что за хрень!? - яростно-испуганно заорала самка. - Ольтар, мать твою, разберись с этой сворой!
- Виктор... - фыркнул Ольтар, когда я осторожно провел носом вверх по его шее.
- Не нюхай меня! Не нюхай! Хватит ржать, ты, чернокожий болван! Ольтар!
- Виктор, надо посмотреть, что случилось, - прошептал Ольтар мне в волосы, и я покачал головой, осторожно обхватывая его ухо губами. Я не собирался его отпускать.
- Не лезь мне в сиськи! Пошел отсюда! - взвизгнула самка, и я вздрогнул, отрываясь от Ольтара и разозленно оборачиваясь к слепящему выходу из пещеры.
- Уважаемый, уберите свой нос от груди моей девушки, обе очаровашки принадлежат мне, - хохотнул Айдас.
Ольтар фыркнул мне в ухо и потерся щекой о мой затылок. Я обхватил его за талию и уткнулся носом в грудь, прислушиваясь.
- Пасть закрой, придурок! Ольтар, мать твою! Виктор! Разберись с этими двумя, черт бы вас побрал!
Двумя? Я резко оторвался от Ольтара. Я слышал только Салтара, кого еще он...
- Виктор, выходи! Я же не зря сюда шел, а?
