Серый был… Серым. Длинные, до талии, темно-серые волосы, небрежно собранные в хвост, узкий нос и большой рот с довольно пухлыми губами. Этим своим ртом Сергей всегда напоминал Валентину жабу. Все остальные черты лица Гордеева были скрыты под небрежными прядями волос, удравшими из общей массы. Цвета всегда опущенных глаз было не разобрать. Подбородок его худого вытянутого лица был щедро заклеен пластырем, и эта картина была Вале до боли знакома. Сергея он смутно помнил еще с университета, тот сначала полгода отучился с ним в одной группе на экономиста, но потом почему-то перешел на IT-специальность и уже там вписался в общество по полной. В группе будущих асов пассатижей и препарирования компьютерных внутренностей все, как на подбор, ходили так, будто выползли в один прекрасный день со свалки, чуть отряхнулись и сразу пошли покорять вершины высшего образования. Замызганные штаны и безразмерные тошнотворных цветов свитеры были их основной формой одежды. Серый выделялся из общей массы лишь этим своим вечно заклеенным лицом. То ли плохо видел, то ли рука все время дрожала при бритье. Иногда к пластырю добавлялись синяки, но при общей рассеянности айтишной братии это было не слишком удивительно. Потом он как-то вообще пропал из поля зрения Валентина, и тот совсем забыл про его существование. Как раз в это время, на четвертом курсе, он начал встречаться с Натальей - симпатичной девушкой-студенткой, с которой ему было весело и просто, и на которой ему пришлось скоропостижно жениться через пару месяцев из-за банального залета. Вскоре после рождения сына Артема молодая семья распалась. Наталья, морально повзрослев за девять месяцев беременности, тяжелых родов и года студенческой полуголодной семейной жизни, вскоре нашла себе более перспективного мужчину старше ее на десять лет, и ушла к нему, забрав с собой Артемку. Валя к тому времени был настолько морально и физически истощен, что отпустил их почти с легким сердцем. Между ними всегда была лишь дружеская привязанность, которая сохранилась до сих пор. Валентин примерно раз в год наведывался к бывшей жене, ее обеспеченному мужу и своему сыну, но они с неулыбчивым Артемом всегда оставались друг для друга чужими людьми. Пережив много житейских тревог еще в студенческие годы, Валя раз и навсегда зарекся строить длительные отношения или семью с кем-либо. После всех этих перипетий ничего удивительного не было в том, что Валентин был поражен, впервые увидев смутно знакомое лицо в IT-отделе их компании.
- Ну? Как там? - Валя лениво склонил голову набок и заглянул под стол. Серый сгорбился там в невероятно компактной позе задом к окружающим. Его поношенные штаны чуть сползли вниз, а свитер чуть приподнялся, и Валентин имел сомнительное удовольствие лицезреть его совершенно незагорелую поясницу и даже неизвестно откуда взявшиеся на этом худом теле ямочки. Несмотря на эти самые ямочки, тощие заморыши не привлекали его, поэтому Валя распрямился и отвел взгляд, чтобы не портить себе утро.
- Все нормально. Провод отошел, - промямлил из подземелья Сергей и начал неуклюже, задом, выползать из-под стола.
- Ну и прекрасно! Спасибо. Дальше я сам справлюсь, - Валя нагнулся рядом с ним и нажал на кнопку запуска машины. Серый вздрогнул от его резкого вторжения в личное пространство. Он вообще был какой-то шуганный и дергался от каждого резкого движения рядом с ним.
- Пожалуйста, - прогундосил он. - Если что, обращайся.
- Всенепременно! - Валентин уже был вовсю занят работой. И так полчаса потерял на ерунду, надо было наверстывать. Он и не заметил, как, нерешительно потоптавшись на месте, ушел Гордеев.
Работы перед Новым Годом было валом. Менеджеры только успевали разобраться с одним клиентом, как уже появлялся другой. Валентин даже чуть не забыл сходить на совещание, благо Миша напомнил ему об этом.
