— Госпожа? — тихий голос заставил ее распахнуть глаза. Напротив стояла горничная, и во взгляде ее читался затаенный страх. — Госпожа, вам что-нибудь нужно?
— Ах, — Эбби сориентировалась молниеносно. Улыбнулась страдальчески, глаза закатила, — в зале так душно, что у меня разболелась голова. Милая Амалия обещала, что пришлет кого-нибудь сопроводить меня в гостевую.
Горничная чуть расслабилась, улыбнулась даже.
— Идемте, я провожу вас.
Эбби последовала за девушкой, вертя головой по сторонам. Длинный коридор, освещен не так, чтобы прилично — явно это ход для прислуги, тогда что же здесь делала Питер? Или она ошиблась и видела вовсе не своего супруга, а кого-то просто похожего на него со спины?
Да нет, Эбби решительно мотнула головой, это был Питер. Однозначно Питер. И мисс Гроуди. Что-то задумала эта провинциальная курица, интересно? Никак снова начнет настраивать Питера против нее, Эбби.
Горничная проводила Эбби в гостевую комнату на втором этаже, услужливо поинтересовалась, не желает ли госпожа еще чего-нибудь и получив заверения, что ничего больше не нужно, а госпожа немножко полежит в тишине и спустится в зал, удалилась.
Эбби осталась одна. Прошлась по спальне, обставленной так, словно бы сюда сгрузили старую мебель — очень уж разномастной она была и совершенно не сочеталась между собой, и выждав несколько минут после ухода горничной, тихонечко прокралась к двери. Приоткрыла ее, прислушиваясь.
Обычно, господские покои находились на достаточном удалении от гостевых, но то в столице, а вот в Барглине, в особняке градоправителя, все спальни располагались на оном этаже, что не могло не радовать Эбби.
Удостоверившись, что коридор пуст, Эбби выскользнула из гостевой и легким шагом, направилась вдоль стены. Что она здесь искала? Что хотела увидеть? Неизвестно, но ее словно бы вела некая незримая нить, происхождения которой Эбби не знала, да и не задумывалась об этом, если честно, списав все на интуицию и чутье.
Именно это самое чутье и заставило молодую женщину замереть напротив одной из дверей. Словно бы кто-то толкнул в спину, заставляя Эбби приблизиться к этой спальне. И так же, этот незримый кто-то тихонько нашептывал на ухо: «Приоткрой дверь, загляни внутрь. Только тихо, тебя не должны видеть!»
Дверь приоткрылась без скрипа. В комнате был полумрак, разгоняемый только пылающим камином, да красноватым светом ночника у кровати.
Сначала-то Эбби ничего и не заметила: спальня и спальня, только и всего. А затем… тихий стон привлек ее внимание и молодая женщина, уже не владея собой, сделала первый шаг внутрь. Взгляд ее зацепился за розовое облако кружев — в таком платье сегодня на балу была Амалия Гроуди — а рядом с ним небрежно был брошен черный мужской фрак, чуть дальше белой пеной валялась мужская рубашка…
Сердце замерло, а дыхание Эбби задержала. Она сделала еще один шаг вперед, осторожно ступала, чтобы не производить шума. Они были там, на огромной кровати под кроваво-красным балдахином. Ее муж и Амалия Гроуди. В этот миг Эбби подумала, что она умерла, воздух вокруг нее сгустился и следующий вдох причинил весьма ощутимую боль.
Захотелось закричать, а затем кинуться на любовников, но Эбби этого не сделала. Очень тихо она развернулась и так же неслышно, как вошла, покинула спальню Амалии Гроуди.
По лестнице в бальный зал Эбби спускалась в прострации. Мыслей не было, слез, впрочем, тоже не было, только в груди болело. Сердце разбилось на сотни мельчайших осколков, каждый из которых больно впивался в плоть, причиняя неимоверные страдания. Эбби не стала прощаться, она направилась прямиком в холл и безжизненным голосом потребовала, чтобы ей отдали верхнюю одежду. Про экипаж она совершенно забыла и вспомнила только тогда, когда оказалась на крыльце.
Снег падал с неба крупными пушистыми хлопьями, медленно кружился в воздухе и беззвучно оседал на землю. И внутри у Эбби была точно такая же безжизненная, занесенная снегом равнина. Она было подумала о том, чтобы вернуться и затребовать экипаж, но потом отбросила эту мысль. Возвращаться в дом градоправителя не хотелось, видеть никого не хотелось…
И Эбби медленно направилась прочь от особняка градоправителя. Вышла за ворота, огляделась по сторонам, пытаясь вспомнить в какой стороне находится ее дом. Не вспомнила и просто побрела наугад. Вникуда.
Она шла вперед, не обращая внимания ни на снег, что падал на лицо, ни на пустынные улицы. Не заметила даже, как мимо промчался экипаж, запряженный четверкой гнедых. Кучер натянул поводья и карета остановилась, резко распахнулась дверца, едва не задев поравнявшуюся с ней Эбби.
— Вы с ума сошли! — лорд Роуг выпрыгнул на снег и подскочил к Эбби. схватил ее за плечи, встряхнул с такой силой, что голова у нее мотнулась из стороны в сторону. — Что вы отворите?
— Пустите меня, — Эбби попыталась вырваться, но попытка эта было слишком вялой. Ею завладело полнейшее безразличие.
— В карету! — крикнул Роуг, подхватывая Эбби на руки и заталкивая ее в темное нутро экипажа. — Гони! Живо!
