– Элка! – сказала Джози таким голосом, словно в уши мед капал.
Она подошла ко мне и поцеловала в обе щеки. Я уже говорила – я не их тех, кто любит всякие нежности, и после всех этих поцелуев и объятий мне очень хотелось стукнуть Пенелопу за то, что сюда меня затащила.
Пенелопа аж вздрогнула – видать, решила, что я сейчас психану и сбегу, но я осталась. Человеческие правила такого не позволяют.
– Рада снова вас видеть, – сказала я, и Пенелопа выдохнула. – Мне ваш брат сказал, что я могу взять немного дерева, если распилю его сама.
Джози улыбнулась уголком рта и взглянула на Марка.
– Правда?
Марк опустил взгляд.
– Ага.
– Отлично, – беззаботно заявила Джози. – Думаю, для тебя найдется несколько досок. – Потом она наградила брата таким взглядом, что стало ясно – зарплаты ему не видать. – Есть хотите?
Как и в прошлый раз, Джетро устроил настоящий пир. Он меня тоже обнял. Только мальчишка не полез ко мне обниматься, а держался подальше, прижимаясь к папиной ноге. Какой хороший мальчик. Я даже улыбнулась про себя, когда он сел на соседний стул. Марк влюблено смотрел на Пенелопу, а она на него. Интересно, он ей и правда нравится, или она просто считает его хорошей партией? Наверное, я никогда не пойму эту женщину.
– Вы уже приготовились к зиме? – спросила Джози, насыпая зеленые бобы мне на тарелку.
Я взяла кусок кукурузного хлеба с тарелки в центре стола и ответила:
– Почти. Осталось только сделать ставни и крышу на коптильне. Вот зачем нам доски.
– Элка уже и погреб выкопала, и дров заготовила столько, что на три зимы хватит, – сказала Пенелопа, улыбаясь во весь рот, отчего у меня вспыхнули щеки.
Я подумала о том, что мне нужно отправиться на охоту, а времени почти не осталось – скоро выпадет снег.
– Мне бы еще лося или карибу на зиму добыть, но не очень хочется Пенелопу одну в глуши оставлять. Там кругом медведи и волки.
Пенелопа нахмурилась.
– Ты мне не говорила…
– Я тебе не обо всем рассказываю, Пенни, – ответила я, подмигнув. – Не сможете ли вы приютить ее на пару дней?
Лицо Марка вспыхнуло от счастья. Даже мальчишка оживился и начал барабанить вилкой по столу.
– Конечно! Отличная идея! – заявил Марк, а потом взглянул на Джози и нерешительно спросил: – Вы с Джетро не против?
Муж с женой обменялись взглядами, а потом Джози ответила:
– Мы с радостью тебя приютим.
Правда, голос у нее был не очень довольный.
– Элка, ты уверена? – спросила Пенелопа.
– Мне так будет спокойнее, когда я на охоту отправлюсь.
– Решено! – сказал Марк и стукнул кулаком по столу, отчего кусок кукурузного хлеба упал с тарелки. Мальчишка подхватил его и быстренько раскрошил.
– Вы очень добры, – сказала Пенелопа и покраснела, словно у нее внутри щелкнул выключатель. – Спасибо, Джози. Я вас сильно не побеспокою.
– Наконец-то в доме появится настоящая леди, а не эта старая курица! – сказал Джетро, подталкивая жену локтем. – Только пообещай, что не будешь приходить домой в опилках.
Все рассмеялись.
Я прикинула, что полажу с этими ребятами, особенно если Джетро и впредь будет вкусно готовить. Наверное, так даже к лучшему – в моей жизни появится еще кто-то кроме Пенелопы и Крегара. Люди созданы для того, чтобы жить вместе, потому мы и строим села и города. Может, я иду против своей природы, оставаясь в лесу в одиночестве. А потом я подумала, что когда много людей собираются вместе, они устраивают Большую Глупость. Так что еще неизвестно, что лучше.
Мы поели, и Пенелопа осталась помогать Марку с посудой, а Джози увела меня на лесопилку.
– Ты действительно в одиночку собралась на лося охотиться? – поинтересовалась она.
– А что? Я уже не одного подстрелила.
– А как ты его домой дотянешь?
– Ну, мэм, у меня есть несколько способов…
Например, санки, к которым можно колеса приделать, если понадобится. Я научилась в одиночку перетаскивать мясо, когда мне было лет двенадцать.
– Ладно, если ты уверена… – сказала Джози и толчком открыла двери сарая.
Я увидела пилы, которые работали от генераторов, и вдохнула запах горячей древесины. Огромный квадратный сарай был забит различными машинами и штабелями гладких досок. В углу я заметила огромную кучу опилок, и мне захотелось зарыться в них, как в сугроб, и разбрасывать горстями.
В сарае никого не было; наверное, рабочие тоже ушли на обед. Джози указала на кучу сухих древесных стволов – я таких ровных и длинных в жизни не видела. Отличная канадская ель – даже жалко резать на доски, но нам нужны были штормовые ставни.
Прежде чем мы приступили к работе, Джози повернулась ко мне и сказала:
– Я видела твои портреты.
У меня пересохло в горле.
– Мне нужно из-за них беспокоиться?
– Нет, мэм, – солгала я. Нужно, но не из-за меня.
– Мы здесь живем хорошо, и если из-за вас с Пен с моей семьей что-то случится, я вас милашек, превращу в древесную стружку, поняла?!
Я кивнула.
– Отлично поняла!
Джози посмотрела прямо мне в глаза, чтобы убедиться, что я говорю правду.
– Помоги мне его поднять. – Она взялась за верхний ствол, и больше мы к этому разговору не возвращались.
Мы перекатили ствол на ленту и направили его конец в сторону лезвия.
