— Прекрати, черт возьми! — закричала, чуть ли не плача, потому что почти совсем выбилась из сил после этой неравной борьбы. Оборотень, кажется, только этого и ждал… Специально доводил меня до изнеможения и выводил на противоречивые эмоции, чтобы потом поиздеваться всласть. Косматое тело зверя быстро преобразовалось в атлетическую обнаженную мужскую фигуру, которая нависала надо мной всей мощью накачанных мускулов и огромным вздыбленным членом, похожим на раскаленный жезл. Похоже, они тут все могут сниматься в порно определенной категории, той, где любят аномальные размеры. Ничуть не стесняясь бесстыдной наготы, Артем наблюдал и наслаждался тем, как я беспомощно под ним трепыхаюсь, пытаясь уползти. Волчья морда тоже постепенно превратилась в красивое ухмыляющееся лицо блондина. Его растрепавшиеся светлые локоны свисали со лба и щек, румяные губы сладко улыбались. Как-то по-животному подняв голову, он вдруг победно завыл. Конечно же, на волчий вой это не было похоже… просто на голос прикалывающегося наглого парня, который радовался, что вновь загнал дичь в угол и может с ней немного поиграть. Это был своеобразный смех победителя…
— Что, розочка… все же не получается остаться равнодушной? — жарко прошептал он, склонившись ниже и обдавая мои губы своим дыханием. Его нос жадно и звучно втянул мой запах. — Да-а-а… — протянул он чувственно, — ты хочешь меня… Чувствую, как ты вся течешь прямо сейчас и как твои трусики пропитываются соком… Знаешь, если бы не это, я бы уже отступил, но когда девушка настолько горячая и так тебя хочет, сдержаться просто невозможно.
Не успела даже сделать вздох, когда мои запястья вжали в снег, тяжелое мужское тело крепко придавило, а его рот жадно накрыл мои губы. «Ах, черт… Я не должна была поддаваться, нет…» — промелькнула стремительно уносящаяся мысль, которую стерла его неожиданная нежность и вкус поцелуя. Артем держал крепко, но при этом не причинял боли, как раньше. Его губы неспешно распаляли, лаская, притираясь, волнующе раскрывая мои и постепенно раздвигая их кончиком языка, который трепетно и ловко, словно хитрый змей, пробирался внутрь. Когда я все же попробовала увернуться, поцелуй тут же усилился и углубился, словно удерживая одной только этой силой порочного притяжения. Его язык скользнул глубже, переплетаясь с моим, а из груди парня вырвался утробный стон удовольствия.
Кажется, я вынуждена была признать поражение. Несмотря на все мои негативные чувства к Артему, мой страх перед ним, мою ненависть из-за того, что он пытался сделать, все же контролировать свое физическое влечение к нему я не могла. Во всяком случае, не в тот момент, когда он насильно удерживал, насильно целовал так умело и сладко…
Все же пелена спала с глаз, туман в голове рассеялся. Я попыталась рвануться, но он сидел верхом на моих бедрах, не оставляя никакой возможности выбраться, и все внизу живота горело непристойным и вовсе не желанным жаром от его близости. Наконец мне удалось укусить его и отвернуться. Едва ли это могло меня спасти, потому что парень склонился ниже и стал целовать щеку и обнаженный участок шеи рядом с ухом, вылизывая, посасывая, притираясь влажными губами. Потом его зубы сжали мочку и пососали нежно, вызывая приступ лихорадочной дрожи и мурашек.
— Тебе понравилось… правда? — слащаво прошептал он.
— Ты знаешь, что нет!
— Да ладно! Могла бы, кстати, и почесать меня за ушком, когда я был волком. Я же принес твой телефон и заслужил благодарность! — продолжал издеваться безжалостный хищник, удерживая меня без малейших усилий и упиваясь своим физическим превосходством.
— Зачем ты это делаешь?! — вскрикнула в отчаянии из последних сил, зажмуриваясь и изворачиваясь, как могла.
— Зачем? Хм… А действительно… — протянул он с язвительной улыбочкой. — Теперь, когда ты не девственница, я в общем-то не настолько тобой одержим, чтобы трахать прямо на улице в снегу, хотя и в этом тоже есть определенная прелесть. Почему нет, если девочка настолько чувственная и красивая, что ее постоянно хочешь, а она хочет тебя? Потрахались бы и разбежались… Это же ни к чему нас не обязывает, правда?.. Но ты ведь такая пра-а-авильная… — жарко протянул он, нашептывая в ухо, — и не даешь всем мальчикам подряд…
— К чему ты это все?! — выпалила ему в лицо, пытаясь разобраться.
— Все дело в том, розочка-недотрога, — зашептал он, перемежая шепот короткими мягкими поцелуями в щеки, в губы, в глаза, — что я очень не люблю, когда непокорные и непослушные девочки не подчиняются мне, думая, что это просто так сойдет им с рук… Тут дело принципа… Ты не дала мне, и я не хочу, чтобы это осталось безнаказанным…
Его прямолинейность и беспринципность поражали… Вот так просто?! Не дала — и он считает себя вправе отомстить?!
— Это гадко, мелочно и не по-мужски! Ведешь себя, как обиженный подросток! — выпалила ему в лицо. — Сейчас придет Влад… Он не позволит тебе… — договорить не успела.
