Волчий облик полностью

Как и у меня, подумал Лэннимер, сравнив ситуацию, в которой оказалась Кейра, со своей собственной, с той только разницей, что я закончил Академию, успел поработать и был известен.

— Поквитаться… — словно размышляя, проговорил маг. — Клорри ты отплатила.

— Всё могло сорваться, — пожала плечами Кейра. — Но в кои-то веки удача оказалась со мной.

И ты поверила, что творишь справедливость, понял Дерек.

— Скажи, — произнес он задумчиво, — как ты дошла до мысли стать оборотнем?

Кейра дико на него посмотрела.

— Не сообразил? — ответила она. — Я оборотень от рождения.

Лэннимер дернулся, задел костыли и уронил их. С грохотом они упали на пол.

— Значит, — отходя от потрясения, проговорил маг, — ты потомок семьи оборотней?

Саанены? Или семья ее матери?

— Двух семей, — приятно улыбнувшись, поправила Кейра. — Но, несмотря на это, мне потребовалось время, чтобы научиться мгновенно менять облик и подчинить волчью стаю.

Дерек примерно рассчитал сроки.

— Года два? — спросил он.

— Да, — кивнула вечерняя гостья. — Я не спешила. Хотела, чтобы было наверняка.

— Хорошо, — сказал Лэннимер. — Я всё понял, кроме одного — зачем тебе понадобился я?

Кейра надолго замолчала. Дерек ждал, наблюдая, как на лице собеседницы появилась и исчезла смутная тень. На секунду взгляд колдуньи стал недобрым, и Лэннимер инстинктивно насторожился, однако сообразил, что Кейра вспоминает прошлое.

— Мне нужен помощник, — проговорила женщина-оборотень. — Человек, который бы верил мне, и которому бы верила я. Ты единственный такой.

— А кроме этого? — слова из Кейры приходилось словно клещами вырывать.

— У меня есть план, — призналась колдунья, — но в нем чересчур много слабых мест. Ты умный человек, Дерек, и ты отличный волшебник — твои советы будут для меня бесценными. Ну, и в заключение, — Кейра приглушенно рассмеялась, — ты мне нравишься. Хочу сознаться — в детстве я была в тебя чуть-чуть влюблена.

Лэннимер улыбнулся.

— Считай, мы договорились, — сказал он. — Оставайся у меня. Привыкай хозяйничать в доме.

Конрад покачивал головой, осмысливая услышанное. Его оторопь брала от этих признаний.

— Так всё и началось, — завершил рассказ Дерек. — Если тебя интересует что-то еще — спрашивай, — голос Лэннимера сделался глухим, тихим и равнодушным.

Лесник хранил молчание; ничего не говорил и маг. Тишину нарушало негромкое тиканье настенных ходиков — единственной вещи, которая некогда принадлежала Питеру Саанену. Кейре чудом удалось сохранить ходики, а Дерек отремонтировал часы, когда Кейра привезла их. Колдунье они напоминали о старом доме, о детстве, о том времени, когда всё было хорошо.

Медленно и тяжело Лэннимер поднялся. Впервые на памяти Конрада он двигался неловко, скованно. Не шел, а ковылял, и его увечье было особенно заметно. Дерек приблизился к часам, секунду смотрел на них, затем остановил маятник. Часы смолкли.

Дерек обернулся.

— Буду ждать Алистера, — устало сказал маг. — Полагаю, недолго.

Конрад уехал до рассвета. Уехал не простившись, хотя Дерек не спал. Леснику стало вдруг трудно говорить с другом. Потрясение от признаний Лэннимера стало тем сильнее, что Конраду и в голову не приходило: Кейра — убийца-оборотень, Дерек — ее соучастник, ловко направивший расследование Алистера Меррика по ложному пути, в результате чего погиб невинный. И другой невинный человек сошел с ума.

Лесник выехал за пределы города и остановил коня. За исключением Мэриен, жены Лагрейда, невиновных не было, осознал Конрад, Михаэль хоть и не убил никого, а как он поступил с Кейрой? Лагрейд-старший, Торвилль, князь, Клорри с компаньоном, Лия, епископ… Пожалуй, Дерек с Кейрой могут быть оправданы. Конрад развернул лошадь, галопом подскакал к дому Лэннимера, спрыгнул с седла и взбежал на крыльцо.

Не годится уезжать, бросая друга. Конрад распахнул дверь и увидел Дерека, который растапливал плиту. На звук маг обернулся, посмотрел удивленно.

— Забыл сказать: я переезжаю в город, — сообщил Конрад. — Буду работать у Меррика. И еще, — помявшись, добавил он: — я был твоим другом и останусь им.

— Спасибо, — отозвался Лэннимер, подумав: это ненадолго, друг мой. Он не сомневался в исходе жизни — арест, допрос, суд, казнь. И всё в ближайшем времени.

Маг не пытался скрыться или иначе избежать своей участи. Ему не хотелось ничего предпринимать, на действия не оставалось ни сил, ни желания. Да и к чему, думал он, сидя в старом кресле и слушая, как гудит пламя в чугунной плите, я своего добился: все, кого я ненавидел, мертвы.

Всё? Всё.

Остается только ждать требовательного стука в дверь.

И Дерек ждал, подремывая в кресле.