— Мы просто хотели посмотреть на нечисть, — дрожащим голосом отчиталась светленькая девочка, хорошенькая, как фарфоровая кукла. Вторая была темнее и старше.
Я почти не сомневалась, что она и была той самой Литой.
Варн, появившийся за спиной Свера почти в то же мгновение, что и Алис, выставил любопытных малявок за дверь, что-то тихо им втолковывая. Скомкано извинившись, он утащил девочек за собой.
— Лита и Сэра, если тебе интересно — зевнул Алис, глядя им вслед, — дочери Варна. Такие же любопытные, как и их отец. Их вечером к гостям не пустили, так они ночью наведались.
— Испугалась? — давать характеристики юным оборотницам Свер не стал.
— Неа. Зато их напугала. Меня завтра из дома-то выпустят? Или запрут как опасную нечисть? — с беспокойством спросила я, вполне закономерно опасаясь печальных последствий.
Меня не только не заперли, но ещё и заботливо предложили выбрать кого-нибудь в сопровождение, когда на следующий день, выспавшаяся и счастливая, я заявила что намерена прогуляться на торжище.
— У меня список, — весомо добавила я, продемонстрировав Сверу помятый листок.
Из шестнадцати заказанных Ашшей вещей, вычеркнуто было всего три. И с этим надо было что-то делать.
Я планировала пополнить список купленного ещё двумя пунктами. Парой плетёных поясов — расцветку змеевица оставила на мой выбор, что было очень мило с её стороны — и отрезом ткани.
Что это за ткань такая я не знала, но очень надеялась, что Алис, которого я и выбрала себе в сопровождение, в курсе.
— Ты же знаешь, что это за киндяк, верно? — подсунув ему листок, я ткнула в пятую сверху строчку. — Вот, отрез киндяка три метра. Что за киндяк такой, а?
— Тебе очень повезло, Яра, что с тобой пошел я, — самодовольно улыбнулся лис, сверкая зелёными глазами, — иначе долго бы тебе пришлось тут ходить. В первых рядах в основном дешевое сукно продают, для людей попроще.
— А киндяк нам где раздобыть? Где?
Затравленно обведя взглядом громкую, радостную толпу, в которую нам предстояло влиться, я с ужасом понимала, что все те мелкие торжища, которые уже видела — ничто по сравнению с этим кошмаром.
То там, то здесь раздавались задорные зазывные крики, предлагающие отведать свежих пирожков с рисом и визигой, или сахарных петушков, или зельник. Только из печи.
Застыв на краю этого бурного кусочка реальности, словно бы отдельного от всего остального мира, я все не решалась в него ступить.
— Ну что, пошли? — Алис, в отличие от меня, не испытывал никакого дискомфорта от столь огромного скопления местных жителей.
Подтолкнув меня в спину, он уверенно пошёл следом.
Платок на моей голове был чуть приспущен, открывая любопытным взглядам мои красные, горящие на солнце волосы. Свер разрешил, даже настоятельно посоветовал мне не скрывать больше своей особенности.
А я была совсем не против. Правильное питание и натуральные продукты гигиены сделали из условно здоровых волос что-то невероятное. Они блестели, не секлись больше и росли как сорняк в благоприятных условиях. И я с удовольствием хвасталась и косой, которая за время моего здесь пребывания отросла сантиметров на десять, чего в принципе не могло быть, и ярким, насыщенным цветом волос.
Выпущенная из-под платка, моя прекрасная коса лежала на груди и привлекала взгляды прохожих. На нас оборачивались, нам смотрели в след, шептались за спиной, и самое замечательное заключалось в том, что мне было совершенно все равно.
Быть нечистью с каждым днём становилось все проще и даже приятнее. Пусть фальшивой, но все равно устрашающей.
Алиса тоже все устраивало. Одобрительно посматривая по сторонам, он довольно заметил:
— Это ты правильно сделала, нечисть никто дурить не осмелится. Вятичи все поголовно суеверные. Хотя, оно и не удивительно, рядом с ведьмами живут.
— Алис, — пробираясь между торговыми рядами, я все опасалась, что живая волна отнесет меня от лиса. И я уже не смогу его найти в этой толпе. Да, меня опасались, но недостаточно сильно, чтобы шарахаться в стороны и уступать дорогу. Здесь жили закаленные люди… да и нелюди тоже, — я хотела спросить, а почему названия такие странные? Зоричи, Вятичи?
Продержавшись взглядом по списку Ашши, я добавила:
— Борки. Тут из всех названий только Березень меня не смущает.
— Ты ж пришлая, — с улыбкой обернулся он ко мне, — а я уж и позабыть успел.
— Я нечисть, — гордо вскинув голову, я все же вцепилась в рукав его тулупа. Так было спокойнее, так я точно не потеряюсь, — а нам, нечистым, нет дела до людского быта.
— Правильнее было бы сказать, не было. Теперь-то ты интересуешься. — Алис просто сиял. — А ответ на твой вопрос довольно прост. Каждая из этих деревень начиналась с рода.
— В смысле?
Задумавшись, Алис прикусил губу клыком, отчего его лицо приобрело забавное, очень комичное выражение.
