Цепенея от ужаса, скашиваю взгляд: в углу, в темноте, кто-то стоит. Его глаза хищно вспыхивают зелёными фосфоресцирующими пятнами, точно глаза волка.
Глаза мерцают на уровне человеческого роста. Меня окатывает страхом. Между портьерами проникает немного света, но темнота в том углу слишком густая, чтобы разглядеть лицо.
Нащупываю выключатель лампы. Щелчок — и комнату озаряет жёлтый свет. Ариан резко прикрывает глаза рукой:
— Выключи, — раскатисто звучит его голос.
ЩЁЛК! Мы снова в темноте. Лишь теперь осознаю, что исполнила его приказ, не задумываясь. Сглотнув, уточняю:
— Что ты здесь делаешь?
— В этом доме никогда не было девушки. И я только сейчас понял, что у меня давно не было женщины. Твой запах… он пропитал здесь всё, и он такой… умопомрачительный. — (Невольно стягиваю халат Ариана на груди). — Такой соблазнительный, особенно сейчас. — Ариан несколько мгновений молчит, а я краснею, понимая, что мой запах сейчас особенно соблазнительный из-за сна с ним в главной роли. Голос Ариана становится ниже, чувственнее. — Хочу тебя. Сильно. Возможно, моё предложение… неприемлемо, но как ты относишься к близости без обязательств? Ты бы помогла мне снять напряжение, а я тебе. Тебе ведь это тоже нужно, судя по запаху.
Всё же кобель он и есть кобель. Мужик. Даже если князь с Гарвардским образованием.
— Нет. — Натягивая покрывало, передвигаюсь к краю постели. Я так поражена, что даже возмутиться не могу — слов нет.
— Не бойся. Я в состоянии сдержаться, — у голоса Ариана странные модуляции. Не напряжение, а какое-то разочарование или усталость. — С самоконтролем у меня всё в порядке.
— Поэтому ты стоишь здесь в темноте, пялишься на меня и делаешь идиотские предложения? — Знаю, лучше не идти на конфликт, говорить спокойно, но…
— Иначе я бы не предлагал, а действовал.
Он неправдоподобно быстро оказывается возле двери. Жду, что хлопнет ею, но нет, Ариан лишь закрывает её с холодным щелчком проворачивающегося язычка ручки.
Выдыхаю. И тело окатывает теплом оставшегося после сна возбуждения, потеснившего мимолётный страх. Расслабленно разваливаюсь на кровати.
Пронесло.
Или нет? Ещё жарко после сна, сладко. И там, во сне, всё было так легко, просто и без условностей. Не похоже на меня: ни единой мысли, что мы только познакомились, и вообще… Нет, я, конечно, правильно отказалась, но Ариан… он дьявольски соблазнительный, ну вот совсем. Интересно, как так у мужчин легко получается близость с едва знакомыми людьми? Вроде на мужскую потенцию стресс влияет, как они умудряются не волноваться, залезая на едва знакомую женщину?
И почему у Ариана давно не было женщин? И почему не было в этом доме?
Это что, я — первая девушка в его жилище?!
Сажусь.
Сейчас я должна быть оскорблена до глубины души, чего же мне так лестно-то?
То есть, я, конечно, оскорблена предложением одноразовой близости, но в благодарность за условное спасение от табунов оборотней и, учитывая культурную разницу, готова злиться не слишком сильно. К тому же на фоне предложения Михаила это просто цветочки, а Михаил, в отличие от Ариана, прекрасно знал, как серьёзно я отношусь к отношениям.
Интересно, имеет смысл запирать дверь или нет? Понятно, что при желании Ариан её выбьет, да и мастер ключ у него наверняка есть. Но незапертая дверь может быть истолкована как приглашение.
Со вздохом поднимаюсь. Через мягкий ковёр прохожу к двери. Тихий щелчок встроенного в ручку замка звучит неожиданно громко.
Там, внизу, что-то грохочет. Может даже разбивается. И сердце дёргается, колотится в горле. Прислушиваюсь, но слышу только это тревожное бум-бум. Бум-бум.
Вроде внизу тихо. Надеюсь, князь там гремел от переизбытка чувств, а не потому, что на него напали.
Ко мне возвращается страх, и внутри всё сжимается.
Сквозь узкую щель между портьерами врывается луч света, проскальзывает по шёлковым обоям, задевает край ковра.
Моё окно выходит на подъездную дорожку, и это наверняка фары. Подскакиваю к окну: в открытые ворота въезжает чёрный джип с тонированными стёклами. Садовые светильники ярко отражаются на полированной поверхности.
На серый асфальт дорожки выскакивает белоснежный волчище. В три прыжка оказывается возле машины, приземляется на капот и, кажется, сминает его своим весом. Застывает оскалившийся, взъерошенный. И, честно говоря, в сравнении с огромной машиной белоснежный зверюга маленьким не кажется, даже наоборот.
Дыхание перехватывает: неужели это нападение?
Волчище ударяется лапами о лобовое стекло. Шерсть на загривке дыбиться сильнее.
Провернув ручку на раме, приоткрываю окно. Пятислойная изоляция нарушена, и в комнату врывается рёв мотора, но рык зверя легко его перекрывает.
На водительской двери опускается стекло.
— Ариан, ты рехнулся? — голос мощный, властный. — Я машину только купил!
Рык усиливается, Ариан вновь ударяет лапами по лобовому стеклу. Кажется, там ползут трещины. По белой шкуре проносится волна, и вместо зверя на капоте оказывается голый Ариан. Что-то тихо рокочет. И снова обращается в громадного волка.
