Шагаю в одну сторону, в другую, отбрасываю трусики на витрину, точно они ядовитые. Снова шагаю — вперёд, назад, от витрины. Лица окружающих и это проклятое бельё скрывает пелена слёз.
Уйти, я должна уйти отсюда, но получается только судорожно шагать влево, вправо. Натыкаюсь на витрину. Отступаю. Натыкаюсь на манекен. И он с грохотом падает, заглушая истерические ругательства матери и имена святых.
— Да заткнись ты уже! — рычит Ариан. — А то шею сверну!
— Сбежала, чтобы распутничать! Блудница!
Закрываю лицо руками. Хрип и скуление матери заставляют меня вскрикнуть:
— Не надо, не трогай её!
Но смелости посмотреть на неё не хватает. Опять звякает банка с подаяниями. Шорохи. Вскрики. Причитания.
И вопрос, главный вопрос: что она здесь делает?
Я же сбежала в другой город, я никогда никому не говорила, что здесь живу, оборвала связи, даже фамилию поменяла. Как она меня нашла? Случайность? Явилась сюда, потому что здесь храмов больше или батюшки лучше?
Меня сотрясает мелкая дрожь. И вдруг окутывает тепло сильных рук. Ариан крепко прижимает к себе:
— Пойдём.
— Ты… не… не… — стискиваю его рубашку.
— Не убил её, не волнуйся. Пойдём. — Он ведёт меня прочь, и, в подтверждении его слов о том, что не убил, слышится причитание матери:
— Зверь! Сатана! Ты продала душу дьяволу, су…
Ариан оборачивается. Я крепче впиваюсь в его рубашку. Кожа под ней нестерпимо горячая, запах Ариан тревожно-опасный, и мать… она молчит. Никаких больше оскорблений. Осторожно отклеиваюсь от груди Ариана, смотрю по сторонам: люди удивлённо поглядывают на нас, мать стоит на коленях и истово молится, то и дело крестясь и ударяясь лбом о пол, усыпанный монетами и отражениями светильников.
— Пойдём. — Ариан с силой заставляет меня уткнуться ему в грудь. — Похоже, сейчас тебе не до покупок.
Он бесконечно прав. Если в переезде в Лунный мир и есть положительный момент, так это возможность полностью обезопасить себя от встреч с матерью и её истерик.
А много денег — это хорошо. Ариану потребовалось полчаса, чтобы купить новую машину. Консультантов он, наверное, удивил и порадовал, но я ничего не видела: так и прятала лицо на его груди, а когда садилась на пахнущее кожей пассажирское сидение, смотрела только на асфальт тротуара, к которому подогнали джип.
Мне и стыдно, и тошно, и понять не могу, когда же кончится чёрная полоса: наткнуться на умирающую жрицу, заполучить бомбу в дом, теперь вот встретиться с матерью, с которой нас должны были разделять почти двести пятьдесят километров.
«Надо было на другой конец Земного шара бежать», — думаю я, глядя на латанное-перелатанное полотно дороги.
Ариан молчит, но сомневаюсь, что у него нет вопросов. Наверняка должны быть после такой эпичной семейной встречи. Меня передёргивает, плотнее скручиваю на груди руки.
Освежителей воздуха мы не купили, и я почти жалею, что они не болтаются над зеркалом заднего вида, отвлекая от тягостных мыслей.
Не выдержав молчания, не выдержав уверенности, что Ариан хочет меня расспросить, начинаю говорить сама:
— Мой младший брат умер от лейкемии, с тех пор мать поехала крышей на религиозную тему: праведная жизнь, скромность, посты, стояние на горохе, крестные ходы. Отец вскоре после похорон ушёл к другой, нормальной. Меня мать планировала обвенчать с сыном своей подруги, он дурачок… — Вздыхаю, отворачиваясь к окну. — Действительно дурачок, там диагноз какой-то, инвалидность. Но он в церкви едва ли не ночует, и они решили, что мне такой набожный муж самое то. Но я к завершению школы выпросила у отца немного денег. Он не хотел давать, но я очень настаивала. Документы заранее спрятала, а чтобы мать не заметила, устроила маленький пожар, в котором они якобы сгорели. Не думай, в целом квартира не пострадала. Получила аттестат перед выпускным и просто сбежала.
— Молодец. — Ариан похлопывает меня по колену. — Действительно молодец. Всё правильно сделала. А теперь ты под моей защитой.
Губы дрожат. Мне горько. Горько ещё и от того, что только теперь поняла: по сути Ариан тоже решает за меня, с кем мне жить. Судьба у меня, что ли, такая — замуж по принуждению выйти? И от Ариана не сбежишь… или попробовать?
Мысль о побеге заставляет внимательнее присматриваться к стене вокруг жилища Ариана. А это не просто жилище: целое поместье с огромным садом и даже полем. Обычно люди столько земли не огораживают, но, наверное, Ариан защитил от случайных наблюдателей свои прогулки в зверином виде.
Стена высокая, гладкая, ворота автоматические… и бежать я хочу от оборотня с чутким обонянием. Если у меня хоть малейший шанс скрыться от существа со сверхспособностями, обладающего связями в силовых структурах? Не имея при этом ни документов, ни денег?
Ну, положим, деньги я могу украсть с его золотой банковской карты, благо пин-код подсмотрела, когда он за джип расплачивался. Но документы? Но запах и дар, по следу которого меня нашёл даже не сам князь, а Лутград…
Ариан набирает код на воротах, и дверь отползает в сторону. Он садится на водительское сидение, джип с урчанием вкатывается во двор, затихает.
Я всё ещё думаю.
