— Если не говорить о необходимости получить в стаю жрицу, разве вам хочется сочетаться браком с обычной женщиной? Я же в волчицу превратиться не могу.
Пьер останавливается. Останавливается за нами и Ариан. Пьер несколько мгновений думает, сосредоточенно глядя на ступени. Почти шёпотом признаётся:
— Трудно сказать. Чтобы не подставить семью, я всегда развлекаюсь в Сумеречном мире, и я уже просто не помню, каково это — отношения с волчицей. — Он несколько натянуто улыбается, но в синих глазах мелькает что-то тёплое. — В каком-то смысле вы для меня идеальный вариант, тем более, я много времени провожу в Сумеречном мире, и общество Софи уже опостылело.
Резкое негативное высказывание не вяжется с его джентльменским стилем, я вздёргиваю брови.
— Простите за откровенность. — Пьер снова тянет меня вверх по лестнице. — Но за десять лет я устал от её ханжества. Поэтому, говоря откровенно, буду счастлив, если вы выберете меня.
— А вы умеете делать комплименты, — с нервной усмешкой замечаю я.
— Это не комплимент. — Пьер останавливается на лестничной площадке, заглядывает мне в глаза. Накрывает лежащую на его предплечье ладонь рукой. — Я действительно буду счастлив, если вы станете моей спутницей в жизни и Сумеречном мире.
И взгляд такой… романтичный у него. Всё портит Ариан:
— А как гулять-то там будешь при живой жене под боком?
Гневно на него покосившись, Пьер вновь заглядывает мне в глаза:
— С такой женщиной, как вы, другие не нужны.
Приятно звучит. Даже если не рассматриваешь мужчину серьёзно, всё равно приятно до мурашек по спине.
— И долго мы на лестнице стоять будем? — уточняет Ариан.
— Может, посмотрите подарок? — Гипнотизируя взглядом, предлагает Пьер. — Хочу посмотреть на вас за рулём. Мне кажется, вы будете выглядеть просто волшебно. Ваши руки… — Мои ладони вдруг оказываются в его руках, — будто созданы для того, чтобы крутить руль, сжимать его, скользить по нему на повороте…
— Вы фетишист? — вырывается внезапно. Хочется прикрыть рот, но руки заняты. — Ой, простите.
Пьер растерянно моргает. То ли вопрос его ошарашил, то ли вправду фетишист и решает, признаваться ли в этом. Ариан смеётся, насколько позволяет звериная форма, и это похоже на фырканье вперемешку с подвыванием.
Внезапно Пьер начинает краснеть. Отпускает одну мою руку, вторую укладывает себе на предплечье и молча доводит меня до спальни. Чеканно произносит:
— Надеюсь, ваше самочувствие улучшится настолько, что завтра утром вы подарите мне счастье совместной поездки по городу.
Надеюсь, рулить при этом будет он, все эти гольф-кары выглядят слишком ненадёжно для первых попыток вождения. Но всё равно киваю:
— Да, конечно. Я же здесь, чтобы присмотреться к стае.
— Благодарю, — улыбается Пьер и целует мне руку. — До скорой встречи. Я буду ждать.
Он уже почти не красный. И морда Ариана не перекошена оскалом-улыбкой.
Проводив широкую спину Пьера взглядом, захожу в комнату, даже не попытавшись прищемить один наглый чёрных хвост.
— Так он фетишист?
— Да. — Ариан ныряет на диван и переворачивается на спину. — Любит надевать женское бельё, порку и женское доминирование. Постоянный участник нескольких тематических клубов. Софи, кстати, он недолюбливает потому, что она его из них вытаскивает. Позор семьи, в общем. Так что с волчицами он действительно не общается — у него другие интересы.
— Ты серьёзно или просто дискредитируешь соперника?
Ариан жмурится:
— Конечно, серьёзно. Я как князь присматриваю за делами подданных в Сумеречном мире, а любимые клубы Пьера очень дороги, такую статью расходов трудно скрыть.
— И это тебя не оскорбляет? То, что мне подсовывают бракованного кандидата?
— Я об этом как бы не знаю, — потягивается Ариан и переворачивается набок. — Он сильный, обладает достаточным статусом, способен к размножению — подходящий кандидат. Его постельные предпочтения к делу не относятся. Был бы он импотентом, тогда другой разговор, а так имеет значение лишь способность дать потомство.
Пробую представить Пьера в женском кружевном белье. Не получается. И всё равно кажется, Ариан обманул или слегка приврал.
— Так что ты решила по поводу Кати и моего предложения? — спрашивает он, и взгляд такой серьёзный-серьёзный.
— А это памятник моему деду, купившему контрольный пакет акций… — будто издалека доносится голос Пьера.
Выехали смотреть город мы не с утра, а в обед, потому что утром я пыталась отоспаться после бурной ночи с Арианом. Нет, ничего пошлого… ну если только совсем немного, но он то ногу на меня закидывал, то руку, то сопел в ухо. И при этом делал вид, что спит. А ведь я знаю, что спать он умеет тихо и незаметно. И на все возражения наглый морд отвечал: «Мы договорились, я не обещал быть паинькой». Одно утешало: ночью Ариан отлучился явиться стае в княжеском виде, подтвердил мои права на Катю, и её переселили из подвала в соседнюю с моей комнату.
Катя, наверняка, спала, а я расплачивалась за доброту душевную.
