Вот кого ему было жаль — Марийку, единственную подругу. Она винила себя за то, что не рассказала взрослым о его побеге, что не уберегла его мать, и за то, что ее собственные родители вынуждены были жить в этой дыре. Вот она и умолчала о том, почему на самом деле они "украли" оборотня. С таким грузом загонов она еще умудрялась держаться непринужденно и доброжелательно. Позавчера, конечно, она действительно была веселее, звонко смеялась и была искренне рада его видеть. Глаза ее по-настоящему блестели. А потом, после разговора об оборотне и похода к Севкиному дому девушка словно осадила себя. И нельзя сказать, что они поссорились — она не избегала его взгляда, — но и особой теплоты в глазах уже не было.
Стук упавшего полена, заставил Севра обернуться и испуганно замереть.
На чурбане сидел черт. В тени дровника на кучке поленьев — еще один, поменьше и потому не такой смелый. Тот, что сидел на пне, глядел на охотника прямо и нагло, без всякого страха. А вот Севру жутко стало. Так близко они подходить не должны.
Домовые черти — те же крысы, — почуют наживу и приведут с собой десятки собратьев. Только в отличие от грызунов, которые разносят только блох да заразу, черти в большом количестве навлекают на жителей дома апатию, тревожность и страх, превращая их жизнь в кошмар и доводя их до помутнения рассудка — "чертовой болезни". Последнюю стадию можно было заработать еще быстрее, просто по неосторожности дав черту себя укусить.
Север своим упадническим духом привлек целых двоих чертей. Так себе достижение.
— А ну! Пшел! — рыкнул Север и замахнулся топором.
Но не тут-то было. Черт не шелохнулся. Только в самую последнюю секунду увернулся от топора, отпрыгнув лишь на пару шагов. Север разозлился и пошел на него.
— Кому сказал...!
С трудом, наглую нечисть удалось прогнать за забор. А вот второй черт, видать, затупил и заметался по дровнику. Севра посетила шальная мысль мальчишки увидавшего в канаве пиявку — а что будет если поймать.
Существовала крылатая фраза "Поймать черта за хвост". Ей приписывали два разных значения: отвагу, граничащую с глупостью и отчаянную доблесть, пересилившую брезгливость. Руки так и зачесались проверить, которое суеверие верно. А заодно показать гнусной твари, какие в этом доме его ждут почести. Да и на ком еще можно выместить злость без ущерба для совести, если не на черте? Угнетенная проблемами душа требовала безумного поступка.
Бесенок оказался вертким как жук. Вдвоем с охотником они устроили в дровянике поленный апокалипсис. Ровно уложенные ряды поленьев сыпались на пол. Но старания окупились, и Север впервые в жизни все-таки смог ухватить юркий хвост. Правда, сразу же с болезненным шипением отпустил.
— Вот, черт!
Черт убежал, а Север стоял и рассматривал свою ладонь, покрытую колючим ковром плотно засевших под кожу черных шерстинок. Доказано: Севка — отважный дурак, граничащий с глупостью, пересилившей отчаяние. Даже в дом возвращаться было стыдно.
— Пельмешки… из пересмешки…, — только и вымолвила Марийка, уронив недочищенную картофелину миску с водой, когда на пороге молча возник насупленный Север, держа перед собой руку, черную от известно чьей шерсти.
Ялка, заслышав замечание дочери, вышла из своей комнаты за печкой и всплеснула руками.
— Я там это… дров наколол, — сказал Север и осторожно посмотрел на подругу.
Та медленно улыбнулась и из нее вырвался нервный смешок. А потом она заразительно расхохоталась. С головокружительным облегчением, Север засмеялся вместе с ней и Ялкой.
Правда, его смех постепенно превратился в обреченные, но от этого не менее комичные всхлипы.
Вечер обещал быть долгим.
* Обглод — бесстрашное всеядное животное похожее на смесь крысы и медведя. Питается всяким мусором: от ядовитых грибов протухших овощей до валенок и тряпок. Селится в норах рядом с деревнями и разоряет огороды. Может напасть без причины и так же сдуру уйти оставив покалеченную жертву ползти домой или умирать от потери крови. Мясо обглода токсично, если не знать, как правильно его готовить.
После обеда быстро стемнело. Дождь забарабанил по стенам и окнам дома, словно просясь внутрь.
— Так и не приехали, — сказала Ялка. Она ходила запереть наружную дверь и вместе с шумом дождя впустила в теплую комнату поток студеного воздуха из сеней. — Наверное, где-то задержались или остались ночевать в Рогах. Как быстро холодает. Дождь еще этот некстати.
Женщина наклонилась к печке, чтобы подкинуть дров, точнее, тех щепок, которые Север нарубил. Он сам их принес, когда залечил руку, а потом навел порядок в дровянике.
Марийка оценила охапку принесенных щепок удивленным смешком и назвала Севра ювелиром. И сейчас, глядя, как мама методично по одной штучке засовывает получившийся хворост, девушка снова заулыбалась. Заняв кресло в углу у буфета, она наигрывала что-то на гитаре, едва касаясь струн, а иногда даже что-то тихо напевала на пару с мамой. Мелодичный перебор, тихие нестройные перепевы, огонь свечей визуально согревающий домашний полумрак, и гудящий в печи огонь нагоняли уютную осеннюю лень.
