— Мальчик, ты уже второй раз за сегодня отрываешь меня от дел. Не хватило денег на безлимитном счёте? Или у тебя очередная неприятность?
— Мне действительно нужна помощь, госпожа матриарх. На меня напала группа вооружённых людей. Точнее — пятеро. Четверых я убил. Пятому удалось скрыться. Впрочем, вам лучше посмотреть самой, — и юноша направил камеру коммуникатора на лежащие под фонарём трупы.
Раздавшийся через несколько мгновений голос был уже начисто лишён даже намёков на мягкость — в голосе матриарха прорезалась сталь, заставившая Дэнни вздрогнуть:
— Так, ситуация мне ясна. Никуда не уходи, сейчас к вам прилетит боевое подразделение Лерой — не забудь включить маяк коммуникатора. Ты оружие применял?
— Нет, дрался голыми руками.
— А нападавшие?
— Тоже не применяли, но когда полезли в комбинезоны за ним, я вынужден был бить на поражение. Перед этим я официально вызвал их на дуэль и снял верхнюю одежду — они могли убедиться, что у меня оружия не было. Всё заснято на коммуникатор — видеоизображение пишется даже сейчас.
— Хм… Если что — часть информации можно обрезать — имеем право. Девушка с тобой?
— Да, здесь.
— Всё, жди. Люди сейчас будут. Тебя с девушкой отвезут в академию. Ни о чём не волнуйся. Дальнейшее — уже моя забота. С полицией разговаривать будет клан Камэни, от тебя необходимо только передать мне запись с коммуникатора. Сделаешь это на челноке, который к вам уже летит…
Изображение потухло — матриарх отключила канал связи. Дэнни, прижав к себе дрожащую девушку, собрался ждать помощи — коммуникатор в режим маячка он переключил ещё в самом начале разговора, — однако уже через несколько мгновений воздух заполнил тонкий свист турбин орбитального боевого челнока, и выплывающую на небо луну заслонила громадная чёрная туша, из которой, как дождь из тучи, повалили малые десантные челноки — операция больше напоминала военные учения, а не посадку флаера, который, как думал Дэнни, должен был отвезти их в академию. Один из челноков, ломая растущее рядом с тропинкой дерево, опустился прямо на землю рядом с Дэнни, и из открывшегося трапа посыпались вооружённые люди в броне, быстро взявшие под контроль всю окружающую территорию. Один из этих воинов, являвшийся, похоже, офицером, подошёл к Дэнни и, подняв зеркальное забрало шлема, спросил:
— Господин Дэнни Рэй?
Получив утвердительный кивок, офицер сказал:
— Мне приказано сопроводить вас и вашу спутницу в академию, господин…
— И как прошла встреча, госпожа?
— Крайне познавательно, тан Шихои. По концовке и методам её реализации у меня возникли к вашей службе серьёзные вопросы, но в целом от проведённой операции мы добились того, что хотели. От лица клана хочу выразить благодарность за ваши рекомендации — они оказались весьма кстати.
— Шихои — верные союзники Торуга. Мы всегда будем защищать императора и его семью.
— Это весьма похвально, тан Нирэн.
— Но я был бы весьма признателен услышать подробности этой встречи, госпожа Иния. Что вам удалось узнать об объекте помимо того, что мы уже знаем?
— Не так уж и много, но и немало. В первую очередь, вся ваша информация полностью подтвердилась — объект действительно, что называется, не от мира сего, и при более тесном знакомстве это хорошо чувствуется. Видно, что империя для Дэнни Рэя — не родной мир, а имперский — не родной для него язык. На уроках подобное обстоятельство было не столь заметно — объект не сильно отличался от выходцев с окраинных галактик империи, но в свободной обстановке, будучи избавлен от необходимости постоянно следить за собой, он ведёт себя совершенно иначе…
— И что в его поведении бросается в глаза больше всего?
— Наверное, естественность поведения, завязанная с абсолютным незнанием сословного деления. Или нежеланием это деление признавать. Даже я, будучи в оживлённом месте, непроизвольно вглядываюсь в лица встреченных мною людей, ловлю их реакцию, мимику, определяю статус, сообразно которому лёгкими поклонами, кивками или словами отвечаю на встречные людские приветствия. Каждому, разумеется, своё. И так в империи поступают все — правила поведения в обществе закладываются в каждого имперца ещё в раннем детстве независимо от того, где он родился. Объект же не делает разницы в статусе приветствующих его — отвечает одинаковым вежливым кивком на любое встречное приветствие незнакомого ему человека. Для рядового клерка этого слишком много — тому достаточно было бы и небрежного лёгкого кивка. А для высокопоставленного чиновника или даже матриарха подобное обращение может показаться оскорблением — подобный кивок, пусть даже и в вежливой форме, ставит объект на одну ступень со встречным. Спасало нас, думаю, лишь незнание реального кланового статуса объекта, а также присутствие рядом с ним меня.
— А может быть, статус объекта достаточно высок? И он просто хочет на людях казаться скромным?
