Доподлинно известно, что она является умелым погодным магом, может управлять ветрами, и способна зарабатывать вызовом дождя, поиском воды для фермеров и городов, и предоставлением ветра кораблям. Всё заработанное она инвестирует — сберегла приличную сумму, и уважаема её банкирами в Эмелане.
Другие рассказы не подтверждены: Эмелан — уничтожила молниями целый пиратский флот. Тариос — способна провидеть на ветру. Нинвер, Капчен — устроила град в помещении, создала бури в доме своих родителей, заставила отца утонуть в земле, когда он наказал её. Храм Спирального Круга — возможно, временно остановила прилив.
Берэнин улыбнулась, и закрыла папку. «Моим агентом, наверное, было так стыдно передавать столь дикие истории. Но они это сделали, потому что именно это им и было приказано. Нужно не забыть наградить их. Как бы то ни было, присутствие девушки, способной порождать такие слухи, даст моим врагам пищу для размышлений».
Императрица кивнула. Записи подтвердили уже сделанное ею заключение: каждый из четырёх молодых людей будет полезен империи, и с лихвой окупит любые усилия, которые могут потребоваться для того, чтобы убедить их остаться здесь. «Я и мой двор приложим все силы», — сказала себе Берэнин, закрывая папку, и снова запирая замок. «Они будут так восхищены нами и Данкруаном, что не вспомнят даже о самом существовании Эмелана».
«Одно дело — знать, что Сэндри богата», — думала Даджа, когда ворота распахнулись, а охранники поклонились, пропуская их во двор городской резиденции Ландрэгов. «В конце концов, я богата. Как и Браяр, хоть он это и не афиширует. И одно дело — знать, что Сэндри — дворянка,
«Это» представляло собой масштабную кучу мрамора, которой являлся столичный дом Ландрэгов. Две трети здания даже не использовались сейчас. Семья матери Сэндри — чей титул передался дочерям и сыновьям — уже годами здесь не жила; семья её кузена Амброса редко здесь останавливалась. «Это» также относилось к тому, что, на взгляд Даджи, выглядело как небольшая армия слуг и воинов, наряженных в одинаковые ливреи, выстроившаяся на ступенях дома, кланяясь и делая реверансы, пока Сэндри проходила мимо. «Этим» также была позолота на краях стоявшей в доме мебели; полы из твёрдых пород дерева, отполированные до блеска; гобелены, сверкавшие золотыми и серебряными нитями; канделябры, усыпанные хрустальными подвесками. Даже приготовленные для остальных магов комнаты казались предназначенными для членов королевской семьи, с широкими парчовыми портьерами и шикарными коврами с замысловатыми узорами. Бани, выделенные для использования Сэндри и её гостями, были роскошными творениями из фарфора, мрамора, и хрусталя.
Если бы Даджа сама не была так ошеломлена, то вид Трис, семенящей по такой роскоши подобно оскорблённой кошке, заставил бы Даджу хихикать до икоты. Даджа теперь вспомнила, что Трис никогда не нравилось показное богатство. Она одобряла трату денег лишь на книги и инструменты для творения магии.
В их первый вечер там, за ужином, глядя на то, как Трис обращается с позолоченными столовыми приборами как с раскалёнными докрасна, Браяр внезапно сказал:
— Почему ты попросила комнату на самом верхнем этаже дома? Какой-то бедной девушке приходится подниматься по всем этим лестницам, чтобы позвать тебя к ужину. Если бы ты была на том же этаже, что Сэндри и Даджа, или на первом этаже вместе со мной…
Трис зыркнула на него:
— Мне нравится наверху, при прочих равных, — прямо заявила она. Затем сменила тему: — Сэндри, я думала, что тебя должен был встретить здесь твой кузен, Лорд —
Сэндри подняла взгляд от записки, которую читала:
— Он собирался, но здесь написано, что в одном из поместий произошло небольшое происшествие, с которым он должен разобраться. Он говорит, что скоро вернётся, и просит прощения за то, что дела не в лучшем состоянии. Я получила отсрочку от бухгалтерских книг.
Браяр фыркнул:
— А что такое, по его мнению, «лучшее состояние» — идеальность? Тут не найти ни пятнышка. — Он покосился на свой суп из щавеля и шпината: — А вот это странная комбинация растений.
— Я предупреждала тебя насчёт наморнской кухни, — сказала Даджа. — К ней нужно привыкнуть, но я её обожаю.
