«Перворожденные отпустили только тех, кто пережил рассвет на горном поле. Они забыли распри меж собой, чтобы сокрушить нас и это стало хорошим нам уроком. Изумрудноглазый оборотень вел их и покуда жива отвратительная многоликая тварь – для нас нет дороги за Перевал».
Из хроники западных княжеств послевоенных лет
Киано попросил Фиорина и других князей не праздновать победу до тех пор, пока не выздоровеет Харет, командир темных. Просьбу уважили – Киа теперь мог не просить, а требовать, любое бы желание исполнили. Волк сам съездил в усадьбу в светлом саду, где лечили Харета и смешал свою кровь с кровью Харета Аннэра, обняв побратима. Потом поклонился погребальным кострам, где вместе лежали павшие в битве воины всех древних рас, и хоть волку не было пути в серые миры, он умолял Хранителей быть милосердными.
«Договор Долгого мира» был подписан князем эльфийского Запада Фиоринэлем Кирменэром и князем земель тьмы Харги Нергиэри в праздник зимнего солнцестояния в присутствии гарантов мира Кианоайре Тэрраниона и Иррейна Астинэ. Им теперь были рады в любом доме в землях древних, но сразу после праздника победы и подписания мира они уехали в Волчье Логово.
Никто из историков мира Ора так точно не знал, в каких веках потерялись следы Ирне и Иррейна, куда они ушли и куда делись мечи, версий и легенд ходило множество, но как узнать среди них истинную? Потом мир изменился, изогнулись Грани и от сотен преданий о двух мечах остались десятки, которые успели записать. Может влюбленные ушли на Грани в любой из других миров, Иррейну после битвы на Горном поле было даровано право Граней, а может и окончательно остались жить в Логове, в глухом лесу. Их смерти не видел никто и никто не мог утверждать что их эльфийские облики сгинули. Но как бы то ни было, клинки убить невозможно, а разлучить никто бы не осмелился. Пусть любят друг друга.
ЭПИЛОГ
Исторический музей г. Ставангер, Норвегия
Наше время
Перед стеклянной музейной витриной столпились туристы, седой экскурсовод, который был профессором и историком, неторопливо рассказывал об очередном музейном экспонате.
Под голубоватым, невероятно чистым стеклом, на алом бархате лежали два меча. В отличии от других, найденных при раскопках, эти были словно новенькие, на удивление ученых и туристов. Блестящие зеркально полированные лезвия, долы с травлеными узорами, рукояти, отделанные драгоценными камнями. Абсолютно одинаковые клинки, лишь руны на долах разные.
- Эти два клинка являются одной из многих загадок истории и исторической науки. - не спеша рассказывал профессор, - Их нашли в тысяча девятсот сорок шестом году, после второй мировой войны, в подвале одного из самых старых домов города, среди трофеев, которые принадлежали нацистам, оккупировавшим наш город и в частности этот дом. Сначала предполагалось, что мечи изготовили в подарок фюреру или кому-то из вождей Рейха, но различные анализы показали другую картину. Этим двум клинкам много тысяч лет, но на металле нет ни одного следа старения или коррозии, а сплав до сих пор не изучен и нет достоверных сведений, из какого металла создано это оружие. Согласно исследованиям оба клинка имеют слабое радиоактивное излучение, впрочем, не опасное для человеческого здоровья, если конечно не держать их дома, в спальне. Замечено так же, что если разместить клинки в разных помещениях, то они начинают тускнеть, и лишь вместе выглядят великолепно, как вы сейчас и видите. Установлены их магнитные свойства. Кому они принадлежали – неясно, но руны на доле имеют раннескандинавское происхождение с неизвестным значением, чуть другое расположение и наклон частей знаков. Как говорят рунологи – похоже на написания слов «ярость» и «справедливость». Есть даже версия, что они были специально выкованы для древних королей альвов, что когда-то населяли эти места, в которых по многим сагам находится вход в легендарный Асгард. Но точной научной версии, еще раз повторюсь, нет. Пройдемте к следующему экспонату.
От толпы экскурсантов из разных стран отделился юноша в темных очках, остался у витрины с мечами, рассматривая оружие.
Они прекрасны, совершенны, они.. Встал на колени. Простите нас, если сможете! Но вы сможете, мы верим, вся молодежь Черных волков, все мужчины верят в это. Во что нам еще верить, как не в вас?
Его окликнул охранник, отвлекая:
- Извините, молодой человек, снимите, пожалуйста, очки, у нас режимный объект. Прошу прощения за беспокойство.
Юноша тряхнул копной длинных черных волос, улыбнулся охраннику, показав полоску белых крепких зубов и глаза – словно в контактных линзах, невероятного изумрудного цвета.
Охранник чертыхнулся и перекрестился, наплевав на камеры, что висели в зале. Он уроженец этих мест, а тут до сих пор приносят жертвы Эгиру, когда выводят траулеры на промысел. Язычество никогда не умирало тут, в самом сердце Норвегии, его не могли вытравить ни попы, ни оккупанты. Древние боги ревностно следили за своей землей.
Сторож поднял взгляд, но парня уже не было, исчез, словно и не появлялся.
