- Угу, и ты бы первый ныл, что слишком жарко, мы бы прятались весь день в лесу, а ночью перебудили бы в Аркенаре всех своим приездом. Завтракать сейчас не будем, потом остановимся на пути. Давай возьмем вот это одеяло, еду и оружие. Нам больше пока ничего не надо. Остальное пусть сторожит Эйдан.
Киано осознавал, что Иррейн прав со всех сторон, но желание бросить все, и снова свалиться на такое широкое и теплое ложе было сильнее совести. Ладно, с Ирне не особо поспоришь, зато можно отыграться на Эйдане:
- Значит так, вы на месяц остаетесь тут, в Столице, до моего возвращения и отъезда в Гранин, делайте что хотите, но в рамках приличия. – Киано зевнул, прикрыв рот рукой, - Ты за старшего. Денег я оставляю вам достаточного, но помни, что лесных простофиль в большом городе очень любят, особенно воришки и шулеры. Лучше попросите кого нить из Фиориновых охранников вас сопровожать по городу. Не забывай про тренировки, приеду – проверю. Ты меня знаешь. Еще – подумай на тему того, кого бы ты хотел видеть сватом после зимы. Я так понимаю, нам сюда и еще весной ехать, или я не прав? И чтобы я не слышал ни одной жалобы на вас!
Молодой оборотень смутился, прав конечно княжич, еще бы не прав. А воспоминание о белокурой эльфиечке - дочери одного из придворных заставило оборотня улыбнуться.
- Ну и ты выдал ему наказов. – удивился Иррейн, - как дитю малому. Взрослые уж парни, что – сами не справятся? Только вот у Фиорина нянек клянчить осталось.
- Не справятся! – Киано моментально вспыхнул. – Это еще дети, которые кроме Леса и нескольких тропок на Грани ничего не видели. Они золотые монеты то в руках никогда не держали, а тут сам знаешь, всякой сволочи полно. Я что потом их отцам скажу? Постоять за себя в драке могут, а вот насчет остального – это я сильно сомневаюсь. Облапошат как маленьких.
- Ладно, не сердись, - Иррейн примирительно тронул Киано за руку, - но думаю, ты преуменьшаешь достоинства Эйдана. Он парень рассудительный.
- Поехали! – Киано не пожелал продолжать тему.
Иррейн все-таки оказался прав, день выдался жарким и утром еще можно было спокойно ехать, не опасаясь за лошадей. Они поехали лесной дорогой, более длинной, но прохладной. На середине пути спешились у ручья, чтобы перекусить.
Киано отпустил коней, достал сумку с припасами – тяжелую, словно бы путь занимал не половину дня, а пару суток. Но тем лучше – есть ему хотелось почти постоянно, особенно когда вернулась волчья сущность, а готовили во дворце всегда вкусно.
- Можешь со мной что хочешь делать, но после такого обеда я буду спать. Знаешь что общего у северянина и хищника? Привычка! Нажрался - спи.
- Проще тогда не давать тебе есть, пока не приедем? Правда? – улыбнулся Иррейн, - а там Ильси накормит тебя и спи сколько хочешь.
- «Сколько хочу» не получится, мы там всего на несколько дней. И чего я медведем не родился?! Хорошо было бы, пришла зима и все, под одеяло до весны. Не будить.
- А что, оборотни-медведи тоже в спячку впадают? – удивился эльф.
- Да, мы же некуда не деваемся от того, что положено богами зверям. Сказано – спать зимой, значит спим. Но если разбудить – то никому мало не покажется.
- Значит мне повезло, что ты волк. Иногда хотя бы просыпаешься. Хорошо, спи. Я посторожу. - сдался Иррейн.
Киано отрезал большой ломоть хлеба, положил на него толстый кусок мяса, сыра, овощей и накрыл вторым ломтем. Иррейн с интересом наблюдал за этой стройкой.
- Как я устал от этого этикета! Хоть поесть можно по нормальному, без вилочек с вазочками! Хотя вот салфеточки вышитые не забыли. Ну надо же.
- А ты хотел есть на грязной дерюге, ложкой вынутой из-за сапога? – спросил Иррейн, пробуя повторить кианово творение из мяса и хлеба.
- Ну жрал же раньше и ничего, не сдох. Зато никто не смотрел, какой я прибор беру. Кстати, чего ты сторожить будешь? Меня? Так я тут никому и даром не нужен. Так что спи.
Вино они разбавили водой из ручья, получив кисловато-пряный, утоляющий жажду напиток.
Киано сладко потянулся, расстелил одеяло на земле и заснул раньше, чем улегся.
Иррейну же спать совсем не хотелось, он досадовал на то, что все-таки придется ехать по самому зною, но сделать ничего не решался. Не запретишь же Киано спать, в самом деле? Однако с этим нужно что-то делать, недаром же Тиннех предупреждал его. Ладно, проснется – поговорим.
Иррейн потянулся за сумкой, в которой всегда находились листы для чертежей и грифель, мало ли что в голову придет, а тут такая картина – знойный полдень, лес, раскинувшийся полуобнаженный оборотень на горском покрывале.
Таких грифельных рисунков у Иррейна было множество, сон Киано был единственной возможностью поймать избранника в неподвижности, потому что усидеть не шевелясь он не мог никак, сколько бы эльф его об этом не просил.
Легкими штрихами на листе рождались черты лица, непринужденная поза, сомкнутые ресницы – еще одна картинка будет лежать в кожаной папке, в Логове.
Киано относился к ним легко, рисунки ему нравились, но именно как красивые картинки, потому что в рисовании оборотень не разбирался вообще.
