- Вот так, ложись, отдохни. – Иррейн не стал сопротивляться, он уложил волка, уже почти уснувшего, накрыл одеялом и вышел. Надо было помогать Дайхину.
За ночь почти вся команда, необходимая для длительного похода была снята с корабля, остался лишь Дайхин и еще пара эльфов, на три дня много не нужно, а Иррейн не хотел, чтобы Киано кто-то смущал. Мало ли что могло случиться с волком.
Он разбудил оборотня уже к вечеру, когда вышли в открытое море, закат нельзя пропускать.
Киано открыл глаза, огляделся, он всего лишь один раз был в каюте корабля – того самого злосчастного «Вестника Ветра», но эту каюту было не сравнить ни с чем. Да, похоже род Астинэ любил роскошь во всем – темное лаковое дерево, серебро, шелковые занавести и мягкий ковер под ногами. Если не знать, что ты находишься на корабле, то каюту можно было принять за кабинет придворного вельможи.
Ну Иррейн! Киано даже не знал, как отнестись к этой выходке! С одной стороны Ирне умудрился пнуть его по всем больным местам сразу, с другой стороны – искренне желал добра. И Киано был готов ставить на то, что без участия драгоценного братца тут не обошлось. «Как-то много желающих меня исцелять. Наверняка Тэнне посоветовал! Ну, братец, я тебе припомню», сердито думал оборотень.
- Смотри как красиво!- Иррейн указывал на закат. Киано замер, действительно – красиво. Багрово-оранжевый диск солнца уходящий в окрашенную умирающим днем разноцветную воду. В лесу такого не увидишь – солнце садилось высоко за соснами, и темнело всегда незаметно.
Вопреки ожиданиям палуба почти не качалась, мягко принимая шаги оборотня. Вообще не было ничего страшного, кроме мысли о том, что налети сейчас буря, то беды, подобной той – не миновать.
- Завтра будет тихо и всю седмицу тоже. Так, легкий ветерок, поэтому мы не уйдем далеко от берега. – словно прочитав мысли, развеял сомнения Иррейн. – Пошли ужинать?
В той самой загадочной корзинке, которую Иррейн берег с утра, оказались вино, виноград, мясо, лепешки. Он пояснил, что на корабле конечно запас есть, но не грех взять и свежего, тем паче, что такого вина осталось в кладовых всего две бутылки и одна сейчас погибнет. Они сидели на палубе, доски были теплыми, расстелив покрывало, резали мясо, пили вино, Дайхин рассказывал истории о походах.
- Ну так вот, - эльф откусил кусок мяса, - в этой стране мужчинам, молодым и мальчикам, закрывают лица. Им мало того, что они закрывают их женщинам, так теперь еще и мужикам. То есть глядеть там не на что – одни волосатые сердитые морды. Ни красивой женщины, ничего. Самое страшное то, что нас этот закон касается в обязательном порядке. Покрывала ничего так, красивые, щелочка для глаз. Для женщин покрывала, для мужчин платок – чтобы волосы, шея, губы, прикрыты были. А у Ранхеля вон косища до задницы, и вот он идет за счетами, глазища сверкают из под повязки, а эти пялятся, слюна аж на пол капает. Они и так к беловолосым неравнодушны, а тут просто ему прохода не давали, хоть всего закутывай, да в овечьи шкуры. Еле уехали, мне за него пять сотен золотом предлагали.
- И ты не согласился? – рассмеялся Иррейн.
- Ага, а парус ставить кто будет?
Стемнело, на небо высыпали звезды, за бортом мурлыкало море, едва слышно плескаясь об корабль, словно терлось об ноги, как кот.
- Где будем спать? – спросил Иррейн, когда они остались одни. Дайхин и Ранхель оставили их одних.
- А что, есть варианты?
- Да, можно в каюте, можно тут. Ночь теплая, одеяло можно принести.
- Давай тут, можно?
Иррейн ушел за одеялами, Ранхель стоял у руля, и больше никого не было.
- Я забыл еще кое про что, - Иррейн стряхнул на палубу огромный комок шкур.
- Что, еще есть неожиданности? Я думал – кончились. – не мог удержаться Киано.
- Одна, небольшая. Ранхиль, можно? – иррейн подвел Киано к рулю. Блестящий от ладоней поколений эльфов, диск из дерева с рукоятями, перекатывающимся без управления.
- Смотри, это самое важное место корабля, можно сказать, его сердце. От этого диска зависит ход, направление, и наши жизни. Если за ним не следить и не держать в руках – мы разобьемся или попадем хрен знает куда. Ранхиль и Дайхин тысячу лет водят наши корабли, они нам как братья, а когда наша семья едет куда то, то и как боги. Ты хочешь побыть немного богом?
Иррейн взял ладони Киано в свои руки, приложил к рукоятям, легко сжав пальцы оборотня на них. Дерево было теплым, словно живым, а корабль, как показалось Киано, вздохнул. Они так и стояли – Иррейн управлял кораблем через Киа, держащего руль.
Это было странное чувство, понимать что огромная махина подчиняется тебе безоговорочно, что только ты можешь знать, куда идет корабль с драгоценным грузом и полусотней эльфов, мирно спящих ночью.
