Хо Са замер, чувствуя, как злится Хасар, не понимавший, о чем идет речь. Еще миг – и монгол не выдержит и начнет задавать ненужные вопросы.
– Хотел бы я знать, кем ты родишься в следующей жизни, – пробормотал он лодочнику.
К его изумлению, Чен И лишь равнодушно пожал плечами. Хо Са в замешательстве покачал головой. Возможно, он слишком привык командовать воинами, которые всегда подчинялись его приказам. Несмотря на отрепья и обшарпанное суденышко, от лодочника исходила удивительная уверенность. Хо Са бросил на капитана свирепый взгляд и протянул еще несколько монет.
– Нищие не ездят в Баотоу, – весело заметил Чен И. – А теперь не путайтесь под ногами у моих матросов.
Он ткнул пальцем в кучу мешков с зерном на корме маленького суденышка, у руля, и Хо Са не успел кивнуть, как Хасар на них устроился.
Чен И подозрительно посмотрел на Хасара и Тэмуге, но ничего не сказал, ведь на его поясе бренчали новые монеты. Повернулся к экипажу и велел установить парус поперек ветра – пройти первый участок пути по реке, которая должна нести джонку на север, к месту назначения. На тесном суденышке не было кают, хотя людей хватало. Наверное, спят прямо на палубе, подумал Хо Са. Не успел он немного успокоиться, как Хасар вдруг встал, шагнул к краю лодки и, облегченно вздохнув, стал мочиться за борт. Слыша невыносимо долгое журчание, Хо Са возвел глаза к небу.
Один матрос показал другому на Хасара, и они обменялись непристойной шуткой, хлопая друг друга по спине и громко гогоча. Хасар вспыхнул, но Хо Са, бросив предостерегающий взгляд, в тот же миг встал между ним и людьми Чена И. Весело ухмыляясь, матросы наблюдали за ними, пока не услышали отрывистый приказ капитана и не поспешили на нос джонки, чтобы повернуть парус.
– Желтые собаки! – крикнул Хасар им вслед.
Экипаж лодки, подчиняясь приказам, передвигал парус над головой капитана, когда тот услышал слова монгола. У Хо Са екнуло сердце – Чен И направился прямо к ним.
– Что он сказал? – мрачно спросил он.
Хо Са торопливо ответил:
– Он мусульманин и не знает языка цивилизованных людей. Кто разберет, о чем лопочут эти иноверцы?
– Не очень-то он похож на мусульманина, – засомневался капитан. – Где его борода?
Хо Са заметил, что все матросы не сводят с них глаз и держатся за ножи.
– У каждого торговца свои секреты, – произнес он. – Какое мне дело до бороды человека, если у него есть деньги, которыми я могу воспользоваться? У серебра свой язык. Правда?
Чен И ухмыльнулся и протянул руку. Хо Са с невозмутимым лицом положил на ладонь монету.
– Правда, – согласно кивнул Чен И.
Интересно, сколько еще монет у него в кошельке, подумал он. Кем бы ни называли себя эти трое, они точно не торговцы. Лодочник ткнул в сторону Хасара грязным пальцем:
– Значит, он глупец, раз доверился тебе. Вдруг однажды ночью ты перережешь ему глотку, а потом выкинешь за борт?
Коротышка выразительно провел пальцем по собственному горлу, и Хо Са стало не по себе из-за Хасара, который с видимым интересом наблюдал за ними. Тэмуге тоже нахмурился; впрочем, было трудно понять, что он уловил из быстрого обмена репликами.
– Я никогда не предаю того, кому дал слово, – торопливо ответил Хо Са капитану, стараясь, однако, чтобы Тэмуге тоже услышал. – Умом, конечно, мой спутник не блещет, зато мастерски сражается. Лучше не оскорбляй его, иначе я не смогу его удержать.
Чен И привычным жестом склонил голову набок. Он не доверял людям, которых взял на борт, а туповатый верзила, похоже, сильно рассердился. В конце концов лодочник пожал плечами. Все люди спят по ночам. Если вдруг эти трое начнут ему досаждать, они будут не первыми пассажирами, которые отправятся на речное дно. Чен И еще раз показал путникам на мешки и отвернулся. У Хо Са полегчало на душе. Он тоже лег на мешках, изо всех сил делая вид, что ничего серьезного не произошло.
Хасар и не думал извиняться.
– Что ты сказал лодочнику? – осведомился он.
Хо Са набрал в грудь побольше воздуха.
– Сказал, что ты путешественник из дальних чужеземных стран. Я думал, капитан никогда не слышал о последователях ислама, да только ему, похоже, доводилось с ними встречаться. Лодочник считает, что я лгу, но не будет задавать лишних вопросов. По крайней мере, не станет допытываться, почему ты не говоришь по-китайски.
Хасар удовлетворенно вздохнул:
– Значит, я не немой. Вот и хорошо, а то я бы не выдержал.
Он вновь сел на мешки, оттолкнув Тэмуге, чтобы устроиться поудобнее. Джонка, покачиваясь на волнах, двигалась вперед. Хасар закрыл глаза. Хо Са решил, что он заснул.
– А почему он провел пальцем по горлу? – вдруг спросил Хасар, не открывая глаз.
– Хотел узнать, собираюсь ли я перерезать тебе горло и выкинуть за борт, – ответил Хо Са резко. – По правде говоря, я об этом уже думал.
Хасар рассмеялся.
– Этот коротышка мне по сердцу, – пробормотал он сонно. – Хорошо, что мы нашли лодку.
