- Сам видишь, деньги на полу валяются, Книбуш! - сказал Мейер и прищурился. - Даже у ротмистра есть деньги на покупку машины...
- Есть ли у него деньги, этого я не знаю, и не думаю, чтоб были, сказал лесничий. - Разве что они в Берлине ему денег на это дали, все может быть...
- Какие такие они?
- Ну, те самые - ты знаешь: помнишь того лейтенанта, когда ты лес подпалил?
- А, та история! - Мейер презрительно усмехается. - Чепуха, Книбуш, за это ни один человек и бумажной марки не даст.
- Не скажи, Мейер, сам увидишь, в ближайшие же дни! Но я молчу, я честное слово дал... молчу!
- И молчи, Книбуш! Не говори ни слова! - поддакнул Мейер. - А все-таки с твоей стороны нехорошо, ты же знаешь, что я истый немец и националист и готов выступить против красных, чем скорей, тем лучше...
- Я дал честное благородное слово, - все еще упрямится лесничий. - Не сердись, Мейер!
- Да что ты, Книбуш, чего ради мне сердиться, - рассмеялся Мейер. - Я тебя даже обедать приглашаю, помнишь, как тогда: рейнвейн, шампанское, "Турецкая кровь"... Пойдем, старик!
И он подхватил лесничего под руку и уже тащит его за собой.
- Куда ты, Мейер! - взмолился перепуганный лесничий. - А дело мое как?..
- Идем! Идем! - настаивает Мейер. - Твое дело? Можешь смело пропустить стаканчик за твое дело, вот именно: за твое дело! - Он торжествующе посмотрел на лесничего. - Да, мокрая курица, да! Удивлен? Будь я такой же плохой товарищ, как ты, я бы тоже воды в рот набрал, пускай, дескать, посидит старый ворон, да я не таковский. Пойдем, Книбуш, вылакаем стаканчик!
- Но, Мейер...
- Твое дело отпало, Книбуш, лопнуло. Твое дело фьють, Книбуш! Сбежало!
- Мейер, голубчик! - Лесничий чуть не плачет.
- Книбуш, сегодня в девять часов утра Беймер сбежал!..
- Мейер, миленький, лучше тебя и на свете нет, один ты меня пожалел! Крупные слезы катятся по щекам лесничего прямо в бороду. Он так рыдает, что Мейеру приходится крепко хлопнуть его по спине. - Это правда, Мейер?
- Когда я собственными глазами видел, Книбуш! Хитрая лиса этот Беймер! Все умирающим прикидывался, решили везти его на суд в карете скорой помощи, вынесли на носилках из больницы - даже к носилкам не привязали, так плох был бедняга, а он шасть с носилок, санитаров свалил и в больничный сад... Крики, погоня... Я тоже погнался, да не в том направлении, думал: лучше для моего друга Книбуша будет, если его не поймают...
- Мейер!
- Все, конечно, было подготовлено заранее. Беймера ведь в больнице навещали не раз и не два. На противоположной стороне ждала машина взмахнул крылышками! И улетел!
- Мейер, голубчик, никогда тебе этого не забуду! Требуй с меня чего хочешь.
- Ничего я не требую. Можешь мне ничего не рассказывать. Давай только пообедаем вместе.
- Все тебе расскажу - другие меня в беде покинули, только ты помог. Что тебе нужно знать?
- Ничего мне знать не нужно. Вот если ты со мной посоветоваться хочешь или у тебя какие опасения насчет путча, тогда валяй! Я тебе всегда помочь готов. А вообще - мне на это плевать.
Но тут Мейер прекратил дружеские излияния. Теперь этот трехвершковый человечек распекает служителя.
- Безобразие, что это за порядки? Держите здесь целый час старика, а сами отлично знаете, что главный свидетель обвинения тягу дал!
- У нас, сударь, так скоро ничего не делается, - говорит служитель. Официально дело еще не снято, официально нам еще ничего не известно об исчезновении одного свидетеля...
- Но вы-то ведь знаете?
- Знать-то мы это давно знаем! И судьи уже ушли.
- Слушайте вы, чертова кукла! - говорит Мейер (лесничий потрясен, как бесцеремонно этот недоросток обращается со здешним служителем). - А ведь моему другу тоже не мешало бы уйти и на радостях вспрыснуть это дело...
- Мне что! - говорит служитель. - Если бы не служба, я бы сам с вами пошел.
- Ну, так пойдите после службы. - И с видом владетельного принца Мейер достает из кармана куртки комок небрежно смятых кредиток. Он вытаскивает из комка одну, сует в руку служителю, важно желает: - Хорошего аппетита. Ну, Книбуш, пойдем!
И уходит вместе с Книбушем.
Книбуш в восторге последовал за своим другом, за единственным человеком на этом свете, на которого он может положиться.
10. СУПРУЖЕСКАЯ ССОРА ИЗ-ЗА МАШИНЫ
- Почему ты не отправишь машину? - спросила фрау Эва мужа по дороге из конторы на виллу.
Машина стояла во дворе, около шофер курил сигарету.
Ротмистр минутку колебался, признаться жене в покупке было не так-то легко. Разговоров потом не оберешься.
- Я оставлю машину... пока на несколько дней, - прибавил он с улыбкой, увидев, как испугалась жена. - Послезавтра многое решается - для нас тоже.
- Фингер, - сказал ротмистр шоферу. - Подвезите нас к вилле. Я еще не решил, куда поставить на эти дни машину - ну, да как-нибудь устроим. Пока вы будете жить у нас, лакей укажет вам где.
- Отлично, господин ротмистр, - ответил шофер Фингер и распахнул перед женой хозяина дверцу.
Фрау фон Праквиц со смешанным чувством неприязни, страха и раздражения посмотрела на блестящее, покрытое лаком, обитое мягкой кожей чудище.
