— Просто, вот тогда я в Тюмени и выйду, у меня там подруга живет, в гости зовет, — на ходу сочинил я правдоподобную легенду. — Давно не виделись, вот сейчас ей позвонила, она ждет.
— Ну, что же, это хорошо, когда есть хорошие друзья. Ладно, поехали, солнце уже высоко, сегодня день обещается быть жарким.
Сев в кабину, я снял куртку и устроился поудобнее. Пристегнув ремень, сразу подумал: «И как бабы ездят с ремнем? Может, и мне потом понравится?»
— Так ты говоришь, что отец дальнобойщик? Он где работает?
— Тоже на северах, в Стражах.
— Я многих знаю, а как фамилия?
Вот черт, докопался, и зачем только я сказал? Я назвал фамилию и добавил:
— У него над кабиной написано «БРОДЯГА», а на капоте — наклейка «Волк воющий» и надпись «Одинокий волк».
— Ха!! — обрадовался он, — Так я его знаю! Вернее, сколько раз встречались на трассе, табличка у него «СЕРГЕЙ», и еще рядом на стекле «ТРЕЗВЫЙ, ПУСТОЙ и БЕЗ ДЕНЕГ».
— Да-да, Вы его знаете? — спросил я и присмотрелся к нему. Так и есть, я его видел, даже общались по рации, но лично знакомы не были.
— Мы его бродягой зовем, и по рации так к нему обращаемся. Мы все друг друга знаем, если, тем более, работаем на одном направлении. Пусть даже не лично, но когда часто ездишь, то все становятся друзьями. Но что-то я его давно не вижу. Подожди, как давно, я же, вот, в апреле видел. Надо же, увижу, обязательно скажу, что его дочь подвозил. Надо с ним поближе познакомиться.
Разговаривая обо всем и ни о чем, мы в 10 часов уже были в Тюмени. Оставив мне адрес, мы с Михаилом попрощались.
Действительно, день выдался жарким. Всю дорогу меня раздражала туника, которая постоянно оголяла то одно, то другое плечо. Мне было неудобно, что видна бретелька от лифчика, это меня конфузило. В городе мне казалось, что все на меня пялятся. Я ведь впервые находился в таком виде среди большого количества народа. Надо было все-таки взять с собой Катю. Как мне сейчас не хватало поддержки более опытной девушки, которая могла бы не только подсказать, но и поддержать и, если что, даже приструнить! Ну, ладно, раз такое дело, буду сам привыкать. Тем более, большинство молодых девушек были одеты подобно мне.
Поймав такси, я отправился на вокзал. Осмотревшись и не увидев ничего подозрительного, я узнал расписание поездов. Ну что, ребята, игра в кошки мышки началась! Купив билет на ближайший поезд до Москвы, я специально использовал новый паспорт, на имя Аникиной Анджелы Алексеевны. Пусть знают, что я еду в Москву. И, покрутившись на вокзале, купил солнцезащитные очки, чтоб хоть немного спрятать лицо, хотя тут, в таком муравейнике, на меня мало кто обращал внимания.
Минут через двадцать объявили поезд. Выйдя на перрон, сразу засек парочку быков, Ого, как оперативно! Или это не по мою душу? Ну, сейчас узнаем. Я смело двинулся мимо них. Окинув меня взглядом и сказав вслед несколько фраз в адрес моей попы и ног, они потеряли ко мне интерес и продолжили сканировать перрон. Так, значит, это не мои.
Затем специально привлек к себе внимания нескольких проводников, отдал билет проводнице, зашел в вагон. Пройдя сквозняком до последнего вагона, вновь вышел на перрон и, увидев, что на меня никто не смотрит, спрыгнул на пути. Сделав небольшой круг, я вышел на привокзальную площадь и, присев на лавочку, достал телефон. По памяти набрал номер.
— Алло, — услышал я потухший и безразличный голос Оксаны.
Я прорабатывал разговор с ней, зная все интонации и привычки Марины, хотел поговорить от ее имени. Но потом отказался от этой идеи, но услышав сейчас этот голос, я решился.
— Алло, мамочка, привет! Ты не волнуйся, со мной все в порядке, я сейчас в Тюмени. Мы с папой, и еще с нами три девчонки.
— Мариночка! — закричала она в трубку. — Ты где? Что с тобой? Я себе места не нахожу… Ты куда пропала? Марина, доченька, родная, с тобой все в порядке?
— Мамочка, все хорошо, поверь! Я потом тебе все расскажу, я не могу сейчас приехать домой. Я сейчас не могу всего объяснить, поверь, все хорошо, и скоро я приеду домой…
Но она перебила меня, совершенно не слушая, мне это было на руку.
— Мариночка, мне сказали, что видели, как тебя запихнули в машину. Это кто был? Что им надо?..
— Мамочка, не волнуйся! Мамуль, уже все хорошо, мы сбежали, я с папой, не волнуйся так. Мы скоро приедем. Поверь, у меня уже все хорошо! — я старался говорить скороговоркой, ведь у Марины, когда она волнуется, была такая привычка.
— Доченька, родная, объясни, что случилось, кто это был? Что они с тобой сделали? — она плакала, я и сам чуть не заплакал.
— Мамуль, милая, я люблю тебя! Все, мне некогда, я позвоню еще, пока, целую…
— Марина, подожди, с тобой правда все в порядке? — она начала успокаиваться, и нужно было прекращать разговор. Я как мог копировал интонации и голос Марины, но пора было заканчивать.
— Да, мамуль, со мной все в порядке. Не волнуйся, мамочка, все будет хорошо.
— Пусть папа мне позвонит, я не могу ему почему-то дозвониться. Как ты его нашла?
— Мамочка, я потом все расскажу. Все, пока…
— Подожди, Марина, ты правда с папой? Если так, то я буду спокойна. Дай ему трубочку…
