Его раздражала их уверенность в невиновности Анны-Марии. Они просто не понимали всей сути. Маэльен не мог точно объяснить, кем ему приходилась Валевская, но определенно кем-то особенным. Когда он подобрал ее, она не знала себя. Он нашел применение ее способностям и силам, показал, что она достойна много, сделал ее королевой, дал ей все. А она небрежно отбросила все его дары. Неужели неясно, что мимолетная встреча с Софи – элементарное справление нужды? Отчего Анна-Мария так остро отреагировала? Сама же хуже поступила – проявила чувства к капитану полиции.
– Я думал, она выше этого, не станет лить слезки из-за того, что я пересекся с какой-то там девицей, и не станет пренебрегать мною.
– Маэль, – Кристиан подложил под голову диванную подушку, – насколько я знаю Анрию, уверен, слез она не лила. Судя по твоей припудренной скуле, она врезала тебе как надо. И за дело. Это не она тобой пренебрегла, а ты ею, когда предпочел Софи.
По столу кулаком громко ударил Най, злобно выругавшись:
– Мать твою, Сантана, ты не мог другую бабу найти?! Нет, надо было именно эту! Ты сам мне втирал, что Валевская теперь в нашей команде. Значит, мы должны быть за нее горой. А ты взял и ударил ее под дых. Дурак.
Маэль вскочил со стула и рявкнул:
– Да что с вами?! Она же поцеловала Лероя, капитана полиции!
Кристиан тоже встал с дивана:
– Ты же сам был уверен, что она не переметнется. А теперь сомневаешься? Твое оскорбленное эго ослепляет тебя. Перестань. Подумай сам: она же не дурочка. Наверняка она сделала это не просто так.
Сантана вскинул брови и с сомнением посмотрел на Кристиана:
– И зачем же ей это?
– Чтобы знать о каждом шаге полиции. Или сбить со следа Лероя. Вариантов полно.
Поджав губы и вздохнув, Маэльен уставился в пол. Изначально он видел в Анрии огромный потенциал и верил в нее как никто в их команде. А теперь, как верно подметил Кристиан, какая-то внутренняя обида мешала этой вере. Неверный путь.
– Раз она своя, реши все конфликты нормально, – спокойно произнес Най. – Если расколемся изнутри, нас всех сразу переловят.
Маэль перевел взгляд на него. Леманн тоже был прав, в их волчьей семье раздор будет лишним. Если парни правы, а это, кажется, и впрямь так, то реальность такова: Валевская ловко обманула капитана полиции в интересах группировки, несмотря на то, как сильно ее задела связь Маэля и Софи. А он еще и пристыдил ее за это. Как-то хреново получалось.
– Я что… дал маху? – неуверенно спросил Маэль.
– Ты, амиго, облажался, – ухмыльнулся Най. – В тактике и технических вопросах ты непобедим. Но этого недостаточно при общении с женщинами.
Маэль скрестил руки на груди и задумался. Спорить бессмысленно. Его обожгла вина еще в тот момент, когда Анрия увидела его и Софи. Это значило, что он и сам понимал неправильность поступка.
– Скажу Кайле, чтобы привез ее сюда. А вы проваливайте.
Улыбнувшись, Маэль взъерошил волосы. Это была первая его улыбка за утро. Най и Кристиан переглянулись, усмехнувшись, и стали собираться. Сантана же взял телефон и написал Кайле сообщение. Если Маэль действительно ценит Анну-Марию, то любым способом добьется прощения. Это было необходимо.
В полдень небо не прояснилось. По-прежнему ходили тучи, которые то и дело грозились пролиться ливнем. В воздухе приятно пахло влагой, прохладой и приближающейся грозой. Окно в машине было открыто. Анна-Мария рассеянно смотрела на мелькающие улицы и ни о чем не думала. Внутри было как-то пусто и безразлично.
На водительском месте сидел Кайле. Он вел свой черный мерседес куда спокойнее и аккуратнее, чем Маэль, гоняющий так, словно метил на первое место в «Формуле-1». Размеренный и последовательный во всем, Нордан сконцентрировался на вождении, следя темными глазами за дорогой.
– Зачем ты везешь меня туда? – спросила Анна-Мария. – Затеваем очередную шалость?
– Маэль сказал.
– Сказал собраться всем в студии?
– Сказал доставить ему
От этих слов заныло в животе, и Валевская, сев ровнее и стараясь не выдать появившееся волнение, нахмурилась.
– С чего бы это, интересно.
Кайле дернул рычаг коробки передач, плавно повернул и продолжил путь.
– Полагаю, хочет обсудить с тобой капитана полиции, – честно признался он. – Или, может, свою выходку с той мадмуазель.
Одной только мысли об этом было достаточно, чтобы взбесить Анрию. Она скрестила руки на груди и злорадно ухмыльнулась.
– Быть может, хочет позвать к ним третьей?
Кайле многозначительно глянул на девушку, уголки его губ едва заметно приподнялись, и он лишь вздохнул.
– Зря ты так, Анна-Мария, говоришь о нем. Он очень сожалеет о содеянном и корит себя за это.
Валевская, конечно же, не поверила.
– Знаешь, он очень переживал, когда ты ушла от него на улице, а потом не отвечала на звонки. Он рвался к тебе, но мы просили ничего не делать – зная твой характер, можно предположить, что ты бы в него тарелкой после такого швырнула.
Анна-Мария мысленно согласилась: «Не тарелкой, а бутылкой».
– Но он все равно ушел. И вернулся с фингалом.
