После объявления о поездке у Тани в голове почти сразу возник новый план. Ей во что бы то ни стало захотелось поехать в свою спортивную школу и встретиться там с Вадимом Николаевичем Краснопольским. Что она ему скажет при встрече и как она сможет покинуть группу ребят, Таня пока представления не имела, но желание это оказалось столь сильным, что иного маршрута в столице она уже не желала.
Что там Музей Ленина и Оружейная палата? Несколько лет назад Тане довелось побывать в этих местах. Экскурсию для юных спортсменов, причём не для всех, а для добившихся определённых результатов, организовала администрация СДЮШОР.
Программа экскурсии была накатанной и из года в год особенно не менялась. Вот и теперь учеников десятых классов везли точно по такому же маршруту, по которому проехала Таня примерно пять лет назад. В Музее Ленина её тогда не заинтересовал ни один экспонат, а по мавзолею она вообще прошла, закрыв глаза руками. Тело вождя мирового пролетариата, лежащее в мертвенно-синем свете, вызвало у неё тогда волну стойкого отвращения. К горлу даже подступила тошнота. Она не могла себе представить, что грандиозный лик великого Ленина, взирающий с десятков портретов и плакатов на людскую суету, на деле окажется столь жалким и отталкивающим. Однако рассказать о своих реальных впечатлениях экскурсоводу почему-то было нельзя. Когда группа юных спортсменов вышла из мавзолея, на вопрос экскурсовода все единогласно отвечали «да, понравилось». Таня недоумевала: что там вообще могло понравиться? На стандартный вопрос экскурсовода: «Танечка, а тебе понравилось в мавзолее?» — она лишь коротко кивнула головой и не произнесла ни слова.
В Оружейной палате всё было значительно интереснее. Диковинные исторические экспонаты произвели на Таню неизгладимое впечатление, и потому про лежащую в мавзолее мумию вождя она забыла быстро.
Из всех музеев, которые предлагалось посетить сейчас, Таня с удовольствием посетила бы Оружейную палату ещё разок. Однако возможность оказаться в родной спортивной школе была для Тани значительно привлекательнее. Тем более, добираться до Москвы самостоятельно не требовалось. Автобусы везли учеников от порога школы.
В конце концов Таня решила поступить следующим образом: если возможности покинуть группу не будет, то она поедет-таки в Москву самостоятельно в какой-нибудь из дней весенних каникул. Ведь в спортшколе весенних каникул как таковых не было. Передохнуть немного от бесконечных тренировок там можно было только, когда впереди не светили очередные крупные соревнования. Больше всего Таню волновал вопрос присутствия в СДЮШОР Вадима Николаевича. Не в отъезде ли он? Тем более, Олимпийские игры были уже совсем не за горами, и он вполне мог уехать на сборы или, что ещё вероятнее, работать со сборной на базе «Озеро Круглое». Хотя при желании и это тоже можно было выяснить.
Теперь, когда в школе произошло ЧП с Ерохиной, над экскурсией в Москву нависла угроза срыва. Пока на уровне администрации школы шли многочисленные обсуждения происшествия, о поездке в Москву не вспоминал вообще никто. А дни текли своим чередом. Третья четверть подходила к завершению. В какой-то момент стало совсем непонятно: готовиться к экскурсии или нет. Тем более, что жизнь Ерохиной теперь была вне опасности. Медицинская помощь ей была оказана своевременно, и Юля постепенно шла на поправку, хотя категорически никого не хотела видеть и ни с кем не разговаривала. А до окончания четверти уже оставалась всего неделя.
— Ольга Станиславовна, — не вытерпела однажды прямо на уроке Шитикова, — ну, мы в Москву поедем?
— Да! — загалдели со всех сторон ребята. — Поедем ли мы в эту Москву? Почему нам никто об этом не говорит? Уже давно пора определиться!
Ольга Станиславовна осеклась на полуслове. Она смерила класс суровым взглядом, останавливаясь на каждом ученике. Немой вопрос читался в глазах всего десятого «б», кроме Серебряковой. Та сидела, словно нарочно уткнувшись в тетрадь, и выполняла указанную задачу, не обращая на учительницу никакого внимания.
— А вам точно всем интересно, поедет ли наш класс на экскурсию или нет? — задала встречный вопрос Ольга Станиславовна.
— Конечно, интересно! — вновь загалдели ученики.
— А то мне кажется, что некоторым этот вопрос безразличен, — Ольга Станиславовна нарочно, не отрываясь, буравила взглядом Серебрякову.
Минуту в классе царила гробовая тишина. Взгляды ребят тоже устремились на Таню, которая по-прежнему усердно что-то писала в тетради.
Наконец Халиков толкнул Таню локтем, и та медленно подняла голову.
— Если вы все ждёте моего ответа, то мне тоже очень интересен этот вопрос, — нарочито громко произнесла Таня. — Я просто должна была решить это уравнение… урок всё-таки.
Ребята в классе вновь зашумели, прося учительницу наконец-то ответить, состоится ли поездка в Москву.
— Тихо все! — скомандовала Ольга Станиславовна. — Я от лица всей администрации школы приношу свои извинения, что мы забыли предупредить вас…
