– Ката, – повернулся он к девушке, – вы с Палом еще раз пройдитесь по торгу. Послушайте, о чем говорят. Присмотритесь. Сейчас нам нужна в первую очередь информация. А мы пойдем наверх, нечего жителям Райгарда пока глаза мозолить.
Развалившись в комнате в одном из кресел, Призрак немного побеседовал с «мышками»-новичками, выслушивая их жизненную историю, а потом даже успел задремать, когда вернулись сначала Аламгир, а буквально за ними и Ката с Палаком.
– Везунчик, начинай ты, – подобравшись, сказал Атей.
– Мы пришли почти во время, княже, – начал альв, отпив из чеканного медного кубка разбавленного вина. – Игры уже идут.
– Какой день? – напрягся его брат Аршаль.
– Сегодня второй.
– Уф, – облегченно выдохнул Листопад.
– А теперь я жду подробности, – посмотрел на них Призрак. – Кроме вас из этого короткого диалога никто ничего не понял.
– Игры идут ровно три дня, – начал пояснять Аршаль. – И естественно, все самое интересное устроители оставляют на третий.
– Именно, – кивнул Везунчик. – Завтра будет самое интересное и кровавое. Как нам удалось узнать, среди бойцов ваиктаироны есть. И что самое главное – у них у всех один хозяин. Довольно известная личность из Эрейского Халифата – Ималь Кубышка. На самом деле он уважаемый купец, торгует пряностями и дорогими южными винами, а игры для него всего лишь увлечение, которое приносит дополнительную прибыль. Сейчас у него девять сородичей наших «мышек». Было десять, но вчера в самом первом бою одного задрал лирг. Оставшиеся будут завтра закрывать игры. Самый последний бой, групповой: девять ваиктаиронов против трех десятков вольных нумейцев.
– Почему вольных? – не понял князь.
– В играх могут участвовать не только рабы, – снова подключился Аршаль. – Любой желающий может взять клинок в руки и испытать себя. Так делают многие бойцы, но только в обычных играх, когда они похожи больше на красочные представления, и можно отделаться только кровью. В больших играх такие воины участия не принимают, за исключением нумейцев. Они таким образом обкатывают своих новичков, в какой-то степени это посвящение в воины. Хитрые, сволочи. Завтра против ослабленных ваиктаироов выйдут полностью экипированные бойцы. И пусть они особенно хороши верховыми, а пешими чувствуют себя неуверенно…
– Дерьмо они на земле, – сплюнул Везунчик. – Только массой и могут задавить.
– Согласен, – кивнул его брат. – Но для ваиктаиронов с дрянным оружием и этого хватит.
Призрак стремительно встал и стал измерять шагами гостиную, привычно заложив за спину руки. Воины, решив ему не мешать, замолчали и только изредка кидали на него взгляды, ожидая очередного вопроса. Наконец он остановился, и этот самый вопрос прозвучал:
– Я так понимаю, бьются насмерть?
Листопад и Везунчик синхронно кивнули.
– И на что ставят?
– В основном на победу нумейцев. Чуть меньше на их количество, что останутся в живых, – ответил Аламгир.
– То есть выигрыш ваиктаиронов вообще никто не рассматривает?
– Почему же, – усмехнулся альв. – Только там ставка, по-моему, один к ста. Может, даже больше. Мелочь ставят, конечно, на удачу, но серьезных игроков нет.
Призрак прищурился и хищно улыбнулся.
– Ну что, друзья, – обвел он всех взглядом. – Совместим приятное с нужным?
– Не томи, родитель, – подобралась Катаюн.
– Аршаль, этот Ималь Кубышка деньги любит? – спросил Атей.
– Да кто же из купцов не любит денег? – даже удивился альв. – Тем более такой, у которого такое звучное второе имя.
– Отлично, – кивнул князь. – Твоя задача встретиться с ним и предложить сделку, от которой он не сможет отказаться. В каком-то смысле это тоже будет ставка, только идущая не через контору. Предлагаешь Кубышке следующее: ты возмещаешь ему стоимость тех ваиктаиронов, кто погибнет на Арене, а купец в свою очередь дает вольную тем, кто останется в живых. Как думаешь, пойдет он на такое?
– Должен, – задумчиво проговорил Листопад. – Только где наша выгода? Их же поубивают всех.
– Не торопись, – придержал его Атей. – Соглашение с ним составишь такое, чтобы он потом и хвостом в сторону вильнуть не смог, а выполнил все в точности. Ката, теперь ты. Что там на торге происходит?
– Да ничего, – пожала она плечами. – Одни разговоры про разбежавшийся зверинец. О нас я ничего не слышала.
– А кто нас здесь знает? – закидывая в рот горсть ягод, сказал Палак.
– Именно, – поддержала его девушка. – Таких, как мы, здесь сотни. Своих знают в лицо, а на других внимания не обращают.
– Хорошо, значит вторую часть моего плана ты взвалишь на свои плечи. Возьмешь в «Мечте» пятьсот империалов и поставишь на победу ваиктаиронов. Вот только, – он задумался. – Не будет ли это подозрительным?
– Не должно, – подключился Аламгир. – Здесь уже знают бывших сородичей наших «мышек». Ну, появилась какая-то сумасшедшая и решила поставить на своих – что в этом такого? Частенько встречаются идиоты, идущие вопреки всем прогнозам. И бывает даже, что выигрывают. А потеряет деньги, так конторе от этого только прибыток. Вот только я пока не пойму и соглашусь с братом. Наша выгода где?
