При захвате поселений неожиданно образовалась небольшая проблема. Аршаль Листопад, а в особенности его брат Аламгир Везунчик, в попытке доказать свою преданность и верность, с каким-то остервенением лезли в самую гущу боя, забыв на время, что являются в первую очередь лучниками. Закончилось все тем, что Везунчик, не оправдывая своего второго имени, схлопотал окованной дубинкой по шлему и чуть не отправился на перерождение. После этого Атей серьезно поговорил с ними и вправил мозги, в тысячный раз повторив, что геройски умереть может каждый, а ему нужно, чтобы умирал враг. И если они действительно хотят стать своими, пусть заканчивают маяться дурью и выполняют то, что им говорят командиры, а не показывают чудеса беспримерной храбрости.
Когда последнее большое убежище перестало существовать, воины князя разделились. Волки почти полным составом отправились к границам владений своих недавних сородичей, чтобы постараться привести как можно больше «необращенцев».
Похожая задача была и у ваиктаиронов, которых возглавила Ейган. Выкупать Атей больше никого не собирался. Будущих «мышек» Призрак уже считал своими, значит, те, кто их хочет продать, пусть и не враг пока, но и уж точно не друг. И с ним были полностью согласны все остальные.
Поэтому Ей со своим отрядом должна была пройти по караванному пути, по которому предприимчивые ваиктаироны возят на продажу своих детей, и вернуть «деток» в их настоящий дом. А как она будет договариваться – решать ей. Кому-то хватит, наверное, и слов, а если не хватит – у Ейган достаточно воинов, чтобы объяснить своим бывшим сородичам всю глубину их заблуждений.
Хальд и Лайгор повели поредевшее воинство назад в Мегар, но по пути Ма’Тхи обещал показать им еще несколько интересных мест. Оставшихся сил для наведения порядка им должно было хватить за глаза. Сам же князь со своим маленьким отрядом, наконец, отправился в герцогство Рукт, а именно в его столицу – город Райгард.
По словам Аршаля и Аламгира, которые не раз бывали в соседнем с лесом Изгоев государстве, герцогство было совсем маленьким и существовало только потому, что являлось своеобразной перевалочной торговой базой между центральными королевствами Тивалены и ее югом. Ну и естественно, здесь находился один из самых больших торгов этого мира. Все попытки какого-либо государства прибрать этот клочок земли к своим рукам встречали яростное сопротивление остальных соседей герцогства. Причем вчерашние враги уже завтра могли объединиться в союз, чтобы дать по рукам очередному желающему забрать такой лакомый кусок. Поэтому все оставалось как есть, что полностью устраивало правителя этой маленькой страны, который безбедно существовал и ел с золота благодаря одним только налогам и пошлинам с торговли.
К стенам Райгарда небольшой отряд вышел с последними лучами Хассаша. Город окружала «декоративная» стена в пять саженей высотой и такие же ворота. Зачем «огород городить», если не только столица, но и все герцогство, по сути, является нейтральной территорией, находящейся под негласным надзором и охраной соседних государств: леса Изгоев и двух королевств – Фалторп и Практия. Свои не тронут, а чужаку так напихают, что отобьют у того все желание обогатиться за чужой счет.
Большое поле перед городом было уставлено шатрами, палатками, фургонами и телегами. В самом Райгарде торговали только очень состоятельные и уважаемые купцы, имевшие в столице свои лавки и торговые представительства. Вся же остальная торговля была вынесена за стены города. И купить здесь можно было абсолютно все. От булавки, изготовленной подгорным мастером, до раба из благородных. Случись баронессе Луго выжить у пыточного столба, она, в конце концов, непременно попала бы сюда.
Рядом с торговцами, предлагающими материальные блага, всегда находилось большое количество тех, кто торговал всевозможными зрелищами: передвижные балаганы, певцы-одиночки, трюкачи, слабые маги, что ублажали публику простейшими фокусами, и так далее. Ну и самым колоритным местом торгового городка была небольшая площадь. На ней стоял позорный столб, к которому привязывали нечистых на руку торговцев, и большая, вся в бурых пятнах, деревянная колода, предназначенная для отрубания кистей попавшимся воришкам. Судя по свежести пятен, рассохнуться ей в ближайшее время было не суждено.
– Ката, – вполголоса позвал Атей, когда его отряд вышел к первым рядам торговцев.
– М-м-м? – материализовалась справа девушка.
– Видишь вдали ряды клеток? – почти незаметно кивнул он влево.
– Зверинец?
Призрак кивнул и продолжил:
– Ты же знаешь историю Анэхит и остальных?
– Поняла, родитель, – сразу уловила суть Ката. – Это тот же делец, что был в Карпейне?
– Похоже.
– Нияра, Нэрин? – повернулась «тень», и из-за спины князя вышли «мышки»-близняшки.
