Точно такую же роль, живого щита для стрелков, им отвёл и князь, с той лишь разницей что у противников адекватного огнестрельного оружия не имелось, а стрелы степняков для закованных в латные брони ратников опасности не представляли. Обычно, в среднем «по больнице», терция насчитывала три тысячи солдат, но как показали маневры в поле, столь габаритные формирования трудно управляемы и требовали длительного обучения личного состава, высокого уровня дисциплины. Новые терции назвали полками. В состав полка входили шестьсот пикинёров, разделённые на четыре сотни, они же пехотные роты. Сотник и два заместителя выступали в роли офицеров, десятники — сержантов. Штатное построение — фаланга, развернутый строй глубиной в три линии. Делать более глубокий строй, соответственно, вооружать бойцов более длинными пиками смысла не было. Во-первых, сие значительно усложняло управление и построения, а во-вторых, высокая огневая мощь стрелков и приданной полку артиллерии на девяносто девять процентов не дадут коннице противника возможности организовать непрерывный, интенсивный «нажим». Все три линии бойцов получили однотипные доспех и вооружение, включавшее сегментную кирасу с латной юбкой, развитый шлем с прозрачным забралом, кинжал и палаш для ближнего боя или действий в режиме «загонщика». Из огнестрела, помимо барабанных револьверов сотников, пехота имела гладкие филлипинские пам-памы 8 калибра и их 40 мм. аналоги для стрельбы гранатами или картечью, а также, ручные гранаты с тёрочными запалами и разного рода начинками, начиная дымом и заканчивая, фосфорными. Пороховое оружие не использовались в режиме «большого сражения», но при разбиении полка на сотни или десятки, имело все возможности к применению. В резерве полка числилось до полусотни, алебардщиков. Эти весёлые и рослые ребята могли пригодится в «собачей свалке», то бишь плотной, концентрированной атаке или для прикрытия вылазок стрельцов. В возможность того, что монголы способны продолжительное время атаковать в лоб никто не верил, а вот московские и литовские дружины, как показали первые сражения, имели высокую степень устойчивости к потерям и могли доставить неприятностей. Полки активно учили формировать фалангу и каре для генерального сражения, а также сражаться сотнями и десятками, цепями действуя в режиме «загонной команды».
Огневая составляющая полка включала пять сотен стрельцов, одетых в лёгкую броню и вооружённых «Громобоями» с крановыми замками, трёхгранными, съёмными штыками и почти нормальными патронами. Подавляющему большинству стрелков двенадцатый калибр, рассчитанный под шоколадный порох. Примитивную штамповку цилиндрической гильзы хотя и освоили, цветных металлов не хватало. С бумагой же, намучились. Гильзы при выстреле долгое время разрушались частично, а некоторые — полностью. В отдельных случаях происходил и отрыв донной части гильзы от бумажной трубки. Отрыв трубки был особо опасен для стрелка ибо её остатки застревали в стволе, что могло привести к порче ружья и травме при последующем выстреле. НИОКР и эластичная бумага на основе электроизоляционного конопляного картона спасла положение. Зимой наладили намоточные линии по выпуску высокопрочных бумажных гильз партиями в сотни тысяч. Снайперам второй категории достался «Громобой» с цилиндрическими латунными гильзами 9 мм., первой, это в лучшем случае один стрелок на полк, полноценный княжеский 12.7 мм. «Сумрак» с продольно-скользящим затвором и продвинутым, оптическим прицелом.
