Исходя из этих вводных, в штабе была выработана комплексная «луковая» система обороны с минимальным участием конницы, опирающаяся на слои — предполья. Выбору то и не было, а обширные речные системы Сейма, Дона, Оки, Воронежа и Десны являлись идеальными средствами переброса и сосредоточения войск и ресурсов. Речная логистика ключевая точка ибо соотношению численности тыловых служб и военных первой линии, у нас мягко говоря «слегка» неправильное. Историческая военная наука гласит что чем больше тыловиков приходится на солдат первой линии, тем эффективней воюет армия. Например, средневековые армии имеют соотношение один к одному, римские легионы два к одному, в современной России, на одного солдата, непосредственно участвующего в военных действиях, в среднем приходится пять военнослужащих боевого, тылового и технического обеспечения. В США десять. Если взять максимально близкую нам ситуацию… Тыловые службы Ахал-текинской экспедиции генерала Скобелева приобрели шестнадцать тысяч верблюдов и наняли порядка двадцати тысяч «тыловиков» для снабжения одинадцати тысяч человек с тремя тысячами лошадей и 97 орудиями. Учитывая что из войска реально воевало роловину имеем цифру в пять тыловиков, на стрелка. У нас же…. Внимание 0.3 и без особого снижения боеспособности. Чтобы достичь столь внушительной цифры пришлось потрудиться, устроить массу промежуточных складов хранения и кардинальным образом перекроив систему полкового обучения. Тыловые подразделения были кардинально оптимизированы и механизированы, объединены в сетецентричную структуру, а их работа заключалась в организации процесов, тогда как основную работу, по прежнему, осуществляли солдаты.
Глубинная, пятая линия обороны располагалась по Оке, Зуше, а также по самой хорде и второстепенных линиях узкоколейки подходящих к ней. Резервные подразделения могли быть переправлены штабом на угрожаемое направление в течении суток и усилены «бронепоездами». Для оперативного сопровождения поддерживалась сеть наблюдателей на высотах, а к поездам прикрепляли лёгкие дельтапланы курсирующие со скоростью движения состава. Естественно доводить до крайности никто не собирался но функционирование линии поддерживали, благо не так уж много ресурсов на неё уходило, попутно линия ещё и функции полицейские исполняла отслеживая татей и нарушителей границы.
Четвёртая линия обороны проходила по пограничным башням число которых выросло до тридцать двух. Сами они, по большей части, располагались по берегам рек, в местах пересечения ключевых дорог, близ бродов. К девяти подвели лежнёвки-узкоколейки, большая часть было обеспечено телеграфной связью или радио с штабом, напрямую. В угрожаемый период численность гарнизонов усиливалась резервистами на сто процентов, до шести тысяч. Разделенные пространствами башни не могли ощуитом влиять на стратегическую обстановку, тому же тюмену для блокирования гарнизона достаточно оставить тысячу-другую, но как оперативное «оружие», средство ослабления армии вторжения, средство наблюдения и разведки они были хороши. Главное же, на башни опирались линии снабжения четвертой и пятой линий, которые и должны, по задумке князя, принять на себя главные удары.
Третья линия, резервная, проходила по средним и крупным рекам. Донская флотилия контролировала реку на всём протяжении, от Сари-цына до верховьев и руку Воронеж. Окская, курсировала по Оке до Коломны включительно, Зуше и более мелким рекам попутно снабжая промежуточные склады и пограничные башни. Южную флотилию патрулирующую Сейм и Десну питала, в верхнем течении, ветка зубчатой дороги идущая на восток от шахты Губкина, а в среднем, башни стоящие на реках Свопа и Тускарь. Помимо хорды и второстепенных дорог бассейны Оки, Дона и Днепра связывали волоки и каналы: Легощь-Туровец, Упа — Дон через Иван-озеро, а вскоре будет закончена система малых каналов Неручь-Снова-Снапа.
Перебросить суда на угрожаемое направление больших проблем уже не составляло. Кроме пароходов и барж-катамаранов в состав флотилий вошли буксиры, катера с картечницами Норденфельда и ракетными установками, минные роты, роты кирасир, роту обслуживающие наплавные мосты, химические роты и речные стрелки. Последнее решение было реализовано в форме пневматического «линкора». Баржи не имели собственного движителя и буксировались в район боевых действих. Установленная на судне ПГС с поршневыми насосами обеспечивала воздухом артиллерийсскую установку и батарею стрелков. Подобно пушкам линкора, стволы ружей стояли в шесть рядов, а бойцы стреляли сидя в несколько ярусов, выдавая дармовой залп в сто восемьдесят пуль, с борта. Учитывая малое время перезарядки пневматики, шквал пуль сметёт нукеров как тараканов. Линкор мог и сам сплавляться по течению, для манерирования на судне стояли паровые инжекторы. Благодаря же наличию лебёдки, мог подниматься вверх по течению на заводном якоре.
