Огр наполнил вторую глиняную кружку жидкостью из бутыли и пододвинул её тёмному эльфу. Сильвер взял чашу, принюхался — самогон, отвратительно! — после чего сделал порядочный глоток.
Хугин одобрительно кивнул.
— Молодец, командир. Не посрамил своих предков. — Огр сделал пренебрежительный жест в сторону двери. — В отличие от этих. Слабаки.
— Пойдём со мной, Хугин, — сказал Сильвер, ставя чашу на стол. — Это место недостойно такого, как ты. Я пришёл, чтобы увести тебя отсюда.
Хугин воззрился на него из-под кустистых бровей. Огромные радужки огра были тёмно-зелёного цвета, словно бриллианты во Мраке. Широкое серое лицо было покрыто сетью мелких шрамов — в особенности левая сторона, — будто бы некогда огру пришлось окунуться в нечто воспламенённое, опасное, злобно шипевшее при соприкосновении с кожей. Из-под тонких, твёрдых губ выглядывали острые клыки, которые боги дали великанам-людоедам для пожирания человеческой плоти. В каждой из ноздрей, вывернутых наизнанку, болталось по золотому кольцу. Толстые седые волосы были коротко подстрижены — жёсткая колючая щётка.
Габариты же Хугина были далеко не столь впечатляющи, как представлял себе Сильвер. Конечно, боги наделили всех огров ещё и выдающимся телосложением, однако конкретно этот великан в строю сородичей смотрелся бы заморышем. Большинство телохранителей из свиты Локхони были намного крупнее. Присмотревшись, Сильвер заключил, что уступал в росте собеседнику всего какую-то голову. Впрочем, ему-то точно было известно, что это ровным счётом ничего не значило.
В зелёных глазах Хугина светился интеллект, что и впрямь считалось огромной редкостью среди его сородичей. А ещё в этих глазах, отчасти затуманенных алкоголем, без труда читалось любопытство.
— Отсюда? — переспросил огр. — Куда?
— Назад, во внешний мир.
Хугин отхлебнул из кружки, даже не поморщившись.
— Там я уже был. Пришёл сюда, — тонкие губы раздвинулись, обнажая клыки. — Ты знаешь моё имя. Я не знаю твоё.
— Зови меня Сильвером.
— Никогда не слышал, — признался огр.
Тёмный эльф почувствовал, что его самолюбие было задето, однако он не признался бы в этом даже себе самому.
— Бывал когда-нибудь в Торменторе?
Хугин покачал головой:
— Никогда. Долго жил на Западе.
— Что ж, в определённых кругах я довольно известен.
— Неудивительно. — Огр, усмехнувшись, бросил небрежный взгляд на автомат. — Ты тёмный эльф. Таких осталось немного. Что тебе нужно, Сильвер?
— Мне нужна твоя помощь, — проговорил киллер. — Ты засиделся без дела, Хугин.
— Дела? — Огр нахмурил брови, обозначив глубокие складки вокруг переносицы. — От этого дела никому нет пользы. Я был молод и глуп. Убивать живых существ неправильно.
— Неправильно? — в свою очередь переспросил эльф. — Неправильно то, что ты прозябаешь в этом подземелье. Неправильно то, что ты забыл свою страну, своего Повелителя.
Огр оскалил жёлтые клыки:
— Меня гнали сюда, словно пса. Где он, твой Повелитель?! Где были вы, командиры? — Хугин поглядел на дно чаши. — Моей страны больше нет. Но есть Монастырь.
— Твоя страна по-прежнему есть, Хугин. Наша страна. Сейчас там пируют гномы и эльфы, уверовавшие в свою безнаказанность. Они думают так же, как и ты. Тебе ведь кажется, что Повелитель оставил нас навсегда?
Великан-людоед, поглядев в глаза тёмного эльфа, медленно кивнул.
— Это не так, — продолжил Сильвер. — Империя существовала испокон веков. С тех самых незапамятных пор, когда Повелитель покинул Чертоги Мрака, чтобы спуститься на Твердь, он помогал Детям Ночи бороться со Светом.
— Это правда. — Огр тяжело кивнул. — Это время прошло.
— Всё только начинается. Повелитель не оставил нас, просто настал наш черёд. Дети Ночи должны сами позаботиться о себе, иначе нас уничтожат. Настал наш черёд помогать Властителю.
— Что значит — помогать? — Хугин в изумлении уставился на киллера. — Повелитель был силён. Очень силён. Чем ему можно помочь?
— Говорить об этом слишком рано. Пойдём со мной, скоро ты узнаешь. Мы будем бороться.
— Нет. — Хугин вновь приложился к чаше. — Здесь мой дом. Мои братья.
— С каких это пор кобольды, эльфы и гномы стали братьями ограм?! — Сильвер изобразил праведный гнев. — Ты хочешь до конца своих дней сидеть тут, в этой конуре? Будешь пить самогон и вспоминать о прошлом?..
— Да. Я пришёл и остался. — Хугин пожал плечами. — Никто не гнал меня прочь. Тьма, Свет — просто слова.
— Ты ведь и сам в это не веришь, — киллер зло усмехнулся. — Тьма никогда по-настоящему не отпускает своих детей. Зло в твоей крови, пульсирует в сердце. Слышишь, стучит?
Хугин, казалось, попытался прислушаться.
— Пусть так, — сказал он. — Пойти с тобой — значит вновь убивать. Я устал от убийств.
— Знаю, ты отправил на тот свет много народу. Все они ждут тебя, чтобы поквитаться. — Сильвер приложился к собственной чаше. — Тем не менее это единственный путь. Союзники убивали и продолжают убивать Детей Ночи. Кто-то должен заставить их расплатиться за это. — Сильвер мечтательно улыбнулся. — Когда Повелитель вернётся, Зло восстанет из пепла, чтобы одержать победу.
