– Мы его услышим, правда? – с придыханием спросила клиентка.
– Услышите, он подаст знак и будет говорить моим голосом, – подтвердил медиум на полтона тише, – только вы должны настроиться на него. Представить его рядом с вами. Представили?
– Да, – потрясенная Маша зажмурилась.
– Сейчас он подаст знак, что он рядом. Готовы?
– Да.
– Начинаем.
Аркадий тоже закрыл глаза и приступил к таинству обряда, зашептав в носок:
– Он близко, он все ближе к вам, но ему не просто – он должен пройти сквозь границу миров, вернуться на землю из высших сфер. Это огромные энергозатраты. Я должен ему помочь.
Спец по общению с духами трижды повернулся на своем кожаном кресле, хлопнул в ладоши, провел руками над свечами, очерчивая невидимый круг. Пламя задрожало, отбрасывая причудливые отблески на темные стены. Потом затрясся носок и земля вокруг, стол зашевелился.
– Коля, Коленька, это ты? – с придыханием выкрикнула Маша.
– Здравствуй, Маша, – еще сильнее понизил голос Аркадий, словно бездарный эстрадный пародист.
– Коля?! Это ты?
– Да… Я…
– Коля… Коленька… Малыш… Как тебе там?
– Тут очень холодно… Зачем ты меня позвала? Отпусти меня. Я хочу вернуться туда. Смерти нет.
– Я хочу к тебе.
– Время не пришло. Душа должна созреть. Ты не готова к путешествию. У тебя еще все впереди. Отпусти меня.
– Я не могу, милый! Без тебя так плохо, так одиноко! Но вот в чем дело. Ты не снишься мне. Уже целую неделю. Сны пролетают, как белая метель. Какой-то птицей. Раз – и растаяли. То ли были, то ли нет… Понимаю, звучит глупо… Но это не небылицы… Что мне делать, малыш? Я хочу тебя видеть снова! Одиночество – сука! Что делать, что?
Не открывая зажмуренных глаз, Алиса-Маша поднялась со стула и двинулась направо, к стене, ненароком свалив полутораметровую статую греческого бога Аполлона.
Она начала ощупывать стену с развешенными портретами знаменитостей, так, что Гончаров грешным делом чуть не поверил, что она Маша, а муж ее действительно сгинул на Ладоге, пав жертвой страшного шторма. Артистка! Ей бы на сцену!
– Где я? – Вопли Алисы сотрясали стены. – Где я?.. Где я? Пустите!..
Лжебрат подскочил, готовый подставить плечо убитой горем лжесестре.
– Машуля… Что с тобой? Манечка… Эй!
– Куда вы меня заманили? Где я? – Зловещие крики Маши резали уши. – Коля, Коленька! – Она вцепилась в Гончарова и начала трясти его, как новогоднюю елку, с которой вместе с оставшимися иголками должен был слететь заветный приз.
Аркадий пялился на клиентку, словно археолог на ожившую мумию. Ситуация явно вышла из-под контроля.
– Нет… Я Андрей, я не Коля… Маша – это ты…
– Пустите меня… Пустите меня!
Гончаров ощутил легкую зависть – он окончил институт культуры, но так сыграть вряд ли бы сумел. Даже в образе Святозара.
Кулачки Маши-Алисы начали молотить по портретам и амулетам. Затем она опустилась на пол и завыла.
– Ты чо творишь, мужик? – Вспомнил, чему его учил в Институте культуры Гончаров. – Верни ее, слышь?! Ты чего наделал, бычара! Маша, Маша!!! Я здесь.
Андрей Романович набросился на сестричку, пытаясь сжать в объятиях. И даже превысил предельно-допустимую норму, воспользовавшись ситуацией. Но ненадолго. Сестричка вырвалась из братских объятий и принялась стучать кулаками по ковру.
– Мужик, что сидишь? – заорал Гончаров, повернувшись к бледному, как Аполлон, медиуму. – Сделай что-нибудь!
– Тут так-то «скорую» надо вызывать, – предложил не магический способ тот и потянулся к трубке.
Но не дотянулся. Вскочившая с пола Маша ловко сдернула с него парик, обнажив лысину, окруженную редкими волосами, и расхохоталась грудным демоническим смехом.
На секунду и Гончаров испугался – ну вылитая Малефисента, только без рогов и крыльев.
Аркадий выхватил парик из рук сумасшедшей и попытался вернуть на место. Получилось криво.
Коварная Малефисента надавила на экранчик смартфона, остановив запись.
– Отличный ролик. Пара миллионов просмотров гарантировано, – Гончаров вернул Алисе смартфон.
В салоне его машины несло лавандой. Никаких освежителей-елочек. Настоящий парфюм. На внешние эффекты он не скупился.
– Почему дрожали свечи?
– У него насос под ногой.
– Понятно… Грустно все это. Игры с потусторонним миром глупы и циничны. А еще грустнее, что многие в это верят.
Алиса убрала смартфон в сумочку, откуда затем извлекла пудреницу. После битвы с экстрасенсом необходимо поправить боевую раскраску.
– И ты хочешь просветить народ?
– Ну хоть кто-то должен?
Гончаров не жал на педаль газа, давая Алисе возможность припудриться.
– А смысл? Людям надо хоть во что-то верить. Как сказал Гёте, суеверие – поэзия жизни.
– Я просто не хочу, чтоб на этом зарабатывали. Почувствуйте разницу.
– Ты, кажется, тоже не бескорыстно работаешь?
– Я журналист. Знаешь, как в англоязычных странах называют репортеров, которые занимаются разоблачениями? Muckrakers – разгребатели грязи. Никакой романтики. Но они тоже работают не бесплатно.
– Но эти экстрасенсы, они же делают то, что люди от них ждут. Спрос рождает предложение. И если люди хотят быть обманутыми – ради бога. Зачем им мешать? Кто сказал, что истина делает нас счастливее?
