– Это демагогия… И к чему ты клонишь? – Она резко убрала пудреницу и грозно нахмурилась, отчего стала еще соблазнительней.
– Ты воюешь с ветряными мельницами.
– Хорошо… Всего доброго, – она стремительной ланью сиганула из машины, – справлюсь сама.
Но и Гончаров стремительным удавом метнулся следом. Догнал, схватил за плечо. Она вырвалась.
– Алиса, я же с тобой, готов помочь… Но я всегда говорю, что думаю… Или ты хочешь, чтобы я врал тебе, как медиум Аркаша?
Она тормознула у столба с аппликацией из объявлений с бахромой телефонов.
– Извини, но ты несешь ахинею!
– Лучше нести ахинею, чем она будет нести тебя… – Гончаров вновь блеснул афоризмом, на сей раз собственным. – Ну, погоди, я действительно глубоко раскаиваюсь и впредь подобных разговоров обязуюсь не вести. Прошу учесть это при вынесении приговора.
Алиса не смотрела на него. Она смотрела на столб. Потом улыбнулась и начала смеяться.
«Изгоню дьявола. Недорого. Скидки. Тел…»
Она закатила глаза и принялась корчиться как одержимая, будто в нее действительно вселился дьявол. Гончаров подыграл – стал изгонять бесов, двигая руками и произнося заклинания. И как-то сам собой на их совместном пути случился первый поцелуй, суливший в будущем массу положительных эмоций.
Следующим утром настоящий волшебник Святозар ждал клиента в полной магической готовности. То есть в парике, бороде эспаньолке и производственной мантии. Клиент, вернее, клиентка, сулила прибыток – записалась по телефону, сообщив, что проблема серьезней некуда, и только великий Светозар сумеет ей помочь.
Волшебник услышал, как Юля поздоровалась с посетительницей, осторожно постучала, заглянула в приоткрытую дверь и только после этого пригласила в кабинет полную даму в бежевом болоньевом плаще.
– Будьте любезны, снимите, пожалуйста, плащ и повесьте в шкаф. И сумочку тоже, – попросила Юля.
– А сумочку-то зачем? – голос у клиентки был в высшей степени противный, не обещавший легкости в общении. – Вдруг пропадет что-то?
– Не волнуйтесь, – мягко увещевала опытная Юля, – у нас ничего не пропадает.
– Неужели вы думаете, что мы будем рисковать репутацией?! – подал грозный голос Святозар. – Сумку нужно убрать, чтобы вас ничего не отвлекало. В ней же наверняка много предметов, которые будут сбивать мой настрой.
Дама не стала противоречить великому волшебнику – повесила плащ на вешалку, сумочку на крючок и закрыла шкаф.
– Итак, я вас слушаю. Присаживайтесь, – милостиво разрешил Святозар.
– У меня пропал Курби. Элитный, – клиентка опустила широкий зад на предложенный стул.
– Курби? Это собака?
– Пылесос. Я его купила за то, что было. И не только. Пришлось кредит взять. Вышла на улицу. Сходила за ковриком, и он пропал.
Святозар уставился на даму. Он, конечно, всякого повидал за время колдовской практики, но такое… Не знаешь, что и спросить. Спросил первое, что пришло в голову.
– А зачем вы его на улицу выносили?
Шубина, а это была именно она, немного стушевалась, но тут же выдала вполне логичную версию:
– На улице удобней! Вся пыль вылетает в атмосферу. А если в комнате – все остается.
Святозар глянул на клиентку, как «зеленый» активист на директора химкомбината. Мол, нехорошо загрязнять окружающую среду.
– Не лукавьте… Вам просто хотелось похвастаться перед соседями. Верно?
– Какая разница? – не сдавалась Ирина Михайловна. – Главное, найти.
– Не волнуйтесь.
– Я заплачу.
– Не проще ли купить новый?
– Знаете, сколько он стоит? Двести тыщ! – гордо вскинула голову продавец мяса.
– Я тоже недешев, – напомнил волшебник, – но дело даже не в этом. Проблема в том, Ирина Михайловна, что я не ищу неодушевленные предметы. Это слишком мелко для меня. Человека – пожалуйста. Даже собаку. Но пылесос… Это не моя специфика.
– Но почему? – растерялась Ирина Михайловна.
– Потому что у пылесоса не считывается аура, он неодушевленный предмет. Он не посылает живых импульсов.
Ирина Михайловна захлопала накладными ресницами, делавшими ее похожей на перекормленную куклу.
И выпроводил бы волшебник сумасшедшую восвояси, кабы не голос коллеги из наушника.
– Андрюха, аккуратней – у нее визитка этого душного мента, Андреева. Возможно, подстава.
Опытные компаньоны уже успели выпотрошить сумочку Ирины Михайловны.
– Но не все так безнадежно, – Святозар поднял руку в сторону космической матери. – Никогда не имел дела с предметами, но ради вас – попробую. Фото есть?
– Мое?
– Пылесоса.
– Да, кончено, только я там вместе с ним. Селфи. Ничего?
– Ничего.
– Момент! – Шубина рванула к шкафу.
Ухо Святозара чуть не разорвало от воплей Девятова.
– Андрюха, задержи ее!
Предостережение прозвучало слишком поздно – Шубина распахнула шкаф и замерла в ужасе.
Раскрытая сумка валялась на днище шкафа, словно сдохшая рыба с открытым ртом.
– Она же… Она же висела… Я не понимаю. Что происходит?
Но спокоен был волшебник. Ни один мускул не дрогнул на его благородном челе.
