Нет, дело даже не в Алисе… Впервые за последний год ему стало неловко от того, чем они занимаются. Если здесь уместно слово «неловко». Какое-то Зазеркалье.
Он раздраженно уставился на вошедшего. Такой взгляд бывает у продавцов при виде покупателей, зашедших в магазин «просто посмотреть».
Корнилов же расценил это по-своему.
– Обойдемся без кривляний и фокусов. Давайте сразу к делу.
Гость ценил время.
– Вы видели программу «Настоящий волшебник»?
Да, Гончаров пару раз смотрел. Обычное шоу с экстрасенсами и дешевыми разводками. Хотя и в прямом эфире. Но, как известно, нет такого прямого эфира, из которого нельзя было бы сделать кривой.
– Видел.
– И что вы о ней думаете?
– Не больше, чем шоу.
– Возможно… А сами не хотели бы поучаствовать? И не просто поучаствовать? А победить.
– Это нереально. Там наверняка есть сценарий.
– Конечно. Я это и имел в виду. Вы победите по сценарию.
– А почему именно я?
– Вы очень известная личность в магических кругах. Говорят, никто лучше вас не разыскивает пропавших людей. Соответственно, подтвердят тем, кто сомневается, что в шоу все по-настоящему.
Голос мгновенно протрезвевшего хакера чуть не оглушил.
– Андрей, соглашайся! Он правая рука самого Столбова! Столбова! На минутку, он входит в десятку самых богатых мужей России. Или в двадцатку! Олигархами станем! И крыша будет!
Святозар, однако, не спешил становиться олигархом.
– Простите, Александр Захарович, а вам зачем это надо?
– Сейчас говорить об этом бессмысленно. Объясню, когда выиграете. Подумайте, о вас узнает вся страна. Неплохая реклама. Плюс главный приз. Неплохие деньги.
Еще месяц назад волшебник согласился бы, не раздумывая. Но сейчас в нем было больше от Гончарова, нежели от Святозара. Но сжигать мосты он тоже не спешил.
– Спасибо за предложение, но… Мне надо подумать.
– Увы. Времени почти не осталось. Мы предложим другому. Поверьте, вам абсолютно нечего опасаться.
– И тем не менее.
– Помимо приза вы получите бонус. Приличный бонус. Хватит на всю оставшуюся. И не надо будет кривляться, носить парик и бородку.
– Хм… Это просто имидж.
– Конечно, Андрей Романович.
Ого! Он и имя знает. Подготовился.
– Итак?
Бонусы просто так не предлагают. Особенно приличные. Тут даже финансистом не надо быть. Люди такого уровня не будут инвестировать в проекты из добрых побуждений. Если, конечно, им не светит дальняя дорога в заповедные места. Значит, надеются на прибыль.
Святозар вновь обошелся без конкретики.
– Я позвоню вам. В ближайшее время.
– Буду ждать. Не затягивайте.
Корнилов оперся на трость, поднялся, простился и сгинул. Петька тут же сел на ухо.
– Звони, не думай! Нельзя разбрасываться такими предложениями!
– Петя, знаешь, что любил повторять мой батя?
– Ну?
– Не открывай двери незнакомцам.
Дверь никто не открыл. Да, собственно, и некому. Алена в изоляторе, муж ее Паша вообще по пакетам разложен, но позвонить надо. Техника безопасности. Как ремень безопасности пристегнуть.
Леха постоял на коврике с надписью «Welcome» еще секунд пятнадцать, приложив ухо к двери. Все тихо. Первый, пошел!
Работа предстояла не пыльная, минуты на три. Снять незаконные жучки. Конечно, Леха нарушал сразу три статьи Уголовного кодекса, но не слишком сильно переживал по этому поводу. Нарушать и быть привлеченным немного разные вещи. Покажите хоть одного, кто в своей жизни ничего не нарушил. Ха-ха-ха…
Вот так, с мыслями о диалектике, он проник в чужое жилище, предварительно надев бахилы и перчатки, демонтировал первый датчик, переместился в ванную и…
В грамотных сериалах на этом месте начинается реклама. Терпит бедный телезритель памперсы, чипсы и лекарства от запора ради того, чтобы узнать – что же такого прекрасного увидел там герой? Почему лицо его исказил ужас?
И Лехино лицо исказил. И скакнуло давление и забилось сердечко трепетное. Словно у фаната «Металлики», увидевшего на сцене вместо кумиров детства группу «Дюна».
В ванной стоял труп. И он был жив. С руками, ногами, головой. И пеной на щеках.
Паша. Муж. Блин.
– Ой… Здрасте… Извините, у вас не заперто, – Лехин язык автоматически выдал дежурную, поэтому не самую оригинальную версию.
Версию сильно подрывали бахилы и перчатки.
– Нет. У меня заперто.
Конечно, можно было сбежать. Позорно, но что делать. И настоящий «домушник» на месте Лехи так бы и поступил. Но Леха не был «домушником». Тем более, Паша его знал. И именно Паша вручил Леше крупные купюры в обмен на аморальные фото.
– Ты чего тут делаешь, козлина?
Леха не знал, что ответить, поэтому применил сицилианскую защиту.
– А ты?
– Я тут живу.
– А я работаю…
– Какое совпадение… А жена твоя где?
– Понятия не имею.
– Зато я имею… В изоляторе. По подозрению в твоем убийстве. С расчленением. Поэтому предлагаю встретиться на нейтральной территории и все обсудить.
– С кем встретиться? – не понял Паша.
– Со всеми заинтересованными сторонами. И найти консенсус.
Вместо ответа Паша вытащил из джинсов смартфон и запечатлел ошалевшего Леху. Прямо в бахилах и перчатках.
– Приезжайте. Поговорим во дворе.
