— Знаю, но у этой туфельки их нет, — заметила девочка. Тем не менее Гермиона наставила волшебную палочку и наколдовала узкоспециализированное заклинание для обуви.
— Ух ты, сработало. «Модная книга для модных», — прочитал Уизли на форзаце изысканно одетой в кожу книги с половину фута толщиной.
— Хм, она нам точно нужна, Гарри?
— Конечно, нужна, Гермиона, — Рон поспешил достать фолиант с полки. — Ты что, не помнишь, как Скамандер превращает одежду? Я тоже так хочу.
— И я, — поддакнул Поттер. — Но ещё больше нам будет полезна вторая книга. — Специалис Ревелио.
— «Магический Следопыт», — прочла Гермиона на томике, выскочившим словно- бы из самой полки. — Книга для детективов, да?
— Надо понимать, — кивнул Поттер, беря её в руки. — А теперь ныкаемся и читаем «Магического Следопыта».
Дети отработанно трансфигурировали полешко в дугообразную скамью, ещё одно в столик, потом сели, накрылись увеличенной мантией-невидимкой и левитировали под потолок, где в свете волшебного фонарика начали изучение относительно небольшой книги, где были представлены все разновидности Ревелио с Информус, а также упоминавшиеся юным Томом чары Аппаре Вестиджиум для проявления магических следов, Аперио Вестиджиум для чтения магических следов, Делетриус Вестиджиум для удаления магических следов. Заклинание Приори Инкантатем тоже оказалось представлено в этом сборнике, его третьем переиздании, куда включили заклинание для построения иллюзии маггловской техники, оставившей колёсный или гусеничный след.
Желанные волшебником-юнлингом заклинания шли в начале — их описания первыми прочли и шёпотом обсудили заумные термины и выражения, упрощая до уровня своего понимания. Аппаре Вестиджиум на иллюстрации выглядело очень красивым: волшебник делает завиток, кончик волшебной палочки начинает гореть золотым огоньком, далее он приставляет инструмент ко рту и словно бы сдувает-выдувает облако золотой пыли, при этом поворачиваясь вокруг себя для охвата всей окружающей обстановки. В этом золотом песке высвечиваются отпечатки ног или лап, проявляются фигуры заклинательных жестов и всякого рода магические всполохи. Градация по суткам, модификатор Максима проявляет следы за неделю, модификатор Тоталус может проявить и за месяц, и за год, в зависимости от могущества и мастерства мага.
Разумеется, Золотое Трио сконцентрировалось на изучении трёх заклинаний, а «Модную книгу для модных» отложили на потом и при этом довольно долго с ней провозились, возвращая к виду хрустальной туфельки и ставя на прежнее место так, чтобы каблучком придавить «Магического Следопыта», долговременные копии которого каждый из трёх сунул в свою расширенную сумку.
На чаепитие они слегка опоздали, но на их порции тыквенных маффинов в форме тыкв никто не позарился, а вот чай весь разлили, пришлось наливать в кубки фермерское молоко, щедро засыпать какао с сахаром и разогревать — горячий шоколад вызвал завистливые взгляды. А после перекуса троица опять скрылась, на сей раз сбежав в бывшее проклятое хранилище Льда.
— Аппаре Вестиджиум, — из коридора раздался чёткий голос Гермионы.
— Аппаре Вестиджиум, — ближе к Исчезающей лестнице Рон ещё пока пытался произнести согласно транскрипции и вывести светящуюся загогулину согласно иллюстрациям жеста.
— Аппаре Вестиджиум, — Гарри-Грегарр колдовал в центре комнаты и через открытые двери следил за успехом друзей.
Чаяния Рона оправдались — его самый старший брат Билл ещё будучи студиозусом изучил это заклинание и сейчас профессионально его применял на своей работе разрушителем проклятий. Стоило мальчишке правильно соотнести слово и жест да раз двадцать повторить, как на двадцать первую попытку ему удалось наколдовать правильный огонёк, но от радостей он выдохнул лишь жалкий всполох золотого песка, зато первее Гермионы! Умница посмотрела на успех рыжего остолопа с фамильной палочкой, вздёрнула носик, глянула на потуги лидера и через пару минут сумела выдуть всполох золотого песка, показавший кучу их отпечатков ног и завитушки заклинаний. Гарри-Грегарр решил сдаться и сходить к друзьям, чтобы подставить руку с палочкой под золотой песок Гермионы и золотую пыль Рона, которые уже окружали себя ими на дистанцию до трёх-четырёх ярдов, что выше ожиданий для новичков. Только после этого у него получилось наколдовать нечто вроде золотой муки, среднего между песком и пылью.
Оглянуться не успели, как подошло время праздничного пира.
— Что-то мне не хочется в Большой зал, друзья, идите без меня, — уныло ответил Поттер, у которого с самого утра настроение соответствовало ливню, так и хлещущему в окна замка.
— Не-не, так нельзя, Гарри. Это же пир! Праздник, — всплеснул руками Уизли. — Ой-ёй! — и чуть не врезался в стену.
— Балда ты, Рон. Сегодня годовщина смерти родителей Гарри… — напомнила Гермиона и сама приуныла.
— Ой, извини, Гарри, — Рон сконфузился. — Но есть-то всё равно надо. И хочется, — погладив своё ненасытное брюхо.
— Мы же все храним перекусы на всякий случай. Вот он и представился, — Гермиона сообразила компромисс.
— Эх…
