Когда они прибыли в отель, Изабель плюхнулась на один из двух диванов в гостиной и жадно выпила стакан воды. Она чувствовала усталость, но понимала, что не сможет уснуть, пока не поговорит с Орландо о преступлении, которое совершил его отец.
Но сначала ей нужно успокоиться после поездки по горному серпантину. Надо признать, Орландо мастерски справлялся с крутыми поворотами. Под конец пути она почти перестала их бояться.
Орландо снял пиджак и закатал рукава рубашки, затем подошел к бару и налил себе виски. Он выглядел мрачным, задумчивым и ранимым. У Изабель защемило сердце, и ей захотелось прикоснуться к нему, поддержать его.
– Уже поздно, – сказал он, сев напротив нее и положив себе на колени ноутбук. – Тебе лучше пойти спать.
– Нам нужно поговорить.
– Не сейчас. – Открыв ноутбук, Орландо сделал глоток виски и поставил стакан на подлокотник: – Мне нужно кое-что сделать, пока мой нью-йоркский офис не закрылся.
– Твоим сотрудникам придется подождать. – Поднявшись, она пересела на его диван и захлопнула ноутбук: – Это важнее.
Орландо посмотрел на нее с нескрываемым удивлением.
– Я не собираюсь подчиняться твоим приказам. – Он хотел снова открыть ноутбук, но передумал, положил его на пол и отодвинул ногой в сторону. – Я вообще никому не позволяю мной командовать.
– А чего ты ожидал? – Изабель дерзко вскинула подбородок: – Что я буду вести себя как ни в чем не бывало после того, как ты сказал, что твой отец убил человека? Неужели тебе не кажется, что ты должен кое-что мне объяснить?
– Я ничего тебе не должен, Изабель. – На его щеке дернулся мускул. – Тем более давать какие-либо объяснения, касающиеся моего прошлого.
Но Изабель не обратила внимания на его грубый ответ. Она видела, что он испытывает душевную боль. Ей хотелось утешить его поцелуем, но она не стала этого делать, боясь, что он может ее отвергнуть.
– В любом случае тебе лучше ничего не знать, – небрежно добавил он.
Изабель покачала головой:
– Уже слишком поздно идти на попятную, Орландо. Сказал «а», говори «б». – Откинувшись на спинку дивана, она сложила руки на груди. – Я никуда не уйду, пока ты не расскажешь, что натворил твой отец.
Они долго смотрели друг другу в глаза. Затем Орландо взял свой стакан и залпом выпил остатки виски.
– Хорошо, пусть будет по-твоему. Только потом не говори, что я тебя не предупреждал. – Поднявшись, он заново наполнил стакан. Когда он снова сел рядом с ней, она поймала его мрачный взгляд, и ей стало не по себе. – Я уже говорил тебе, что мой отец, последний маркиз де Тревенте, был худшим из людей, которые когда-либо жили на этом свете, – произнес он, глядя прямо перед собой. – Этот лживый подлый мерзавец бросил мою мать, когда она больше всего в нем нуждалась, и даже не захотел увидеть меня, когда я родился. – Несмотря на его ледяное спокойствие, Изабель слышала боль в его голосе. – В семнадцать лет я по глупости решил его разыскать и лично убедился в том, какое он чудовище. Он использовал меня, Изабель, а затем предал. Так же, как предал мою мать. Так же, как предавал всех, кто имел несчастье повстречать его на своем жизненном пути.
– Как он это сделал? – спросила Изабель, боясь, что Орландо может замолчать, не рассказав ей главного.
– Он сказал, что у него есть план, и я могу ему помочь его осуществить. Будучи беспечным юнцом, я согласился, но быстро образумился. Он сказал, что ему нужно было много денег, причем как можно быстрее. Это было неудивительно, учитывая то, что он был пристрастен к азартным играм и промотал большую часть своего наследства. Итак, он решил сжечь винный склад Кассано в порту Тревенте и получить за него страховку. Он дал мне задаток и сказал, что, когда все будет сделано, я получу еще больше денег. Мне, парню, у которого никогда ничего не было, это предложение показалось заманчивым.
– Я понимаю.
– Сначала я согласился. – Сделав большой глоток виски, Орландо пристально посмотрел на Изабель. – Это было большой ошибкой.
Изабель закусила губу:
– Но ты сказал, что образумился? Ты не участвовал в поджоге?
– Нет. Я сказал ему, что передумал, и он сделал это сам. Склад сгорел дотла.
Его кадык дернулся, пальцы крепче сжали стакан, и Изабель поняла, что самая страшная часть рассказа еще впереди.
– В здании склада был человек. Девушка по имени София, дочь виноторговца. – Он понизил гон. – Она отравилась дымом. Мне удалось ее вытащить, но было уже слишком поздно.
– Боже мой, Орландо, это ужасно. – Изабель накрыла рот ладонью. – Но, по-моему, ты погорячился, когда назвал своего отца убийцей. Разве трагическая смерть девушки не была несчастным случаем? Твой отец не знал, что она была внутри.
– Можешь называть это как угодно. Главное то, что она погибла по его вине, как если бы он вонзил нож ей в сердце. Судья, очевидно, пришел к такому же мнению. Мой отец получил пятнадцать лет лишения свободы, несмотря на то, что всячески пытался свалить вину на меня.
– Он пытался оклеветать тебя, своего родного сына?
– Да. В этом был весь Карло Кассано.
Изабель внутренне содрогнулась.
