Бережливым мальчиком Костя рос. Даст ему мать пятачок или даже копеечку – Костя обязательно положит денежку в копилочку. А его дружок Федя – наоборот. Как только появится у него пятак или гривенник, обязательно что-нибудь да купит. То зерна голубям, то корму рыбам, то собакам собачьей радости – колбасы.
Как-то случилась в большом селе ярмарка. Костя выгреб из своей копилочки пригоршню медяков и решил разных разностей накупить да семиголосую гармошечку. А Федя дома остался. Что ему на ярмарке без денег делать? Только глазеть.
Шёл Костя на ярмарку лесом, шёл да заблудился. Вдруг видит – голубь летит. А голуби всюду летают, все дороги знают.
– Покажи мне, голубь, дорогу! – просит Костя. – Я тебе денежку дам.
Голубь на это отвечает:
– Зачем мне твоя денежка? У меня кармана нет. И кто ты такой, чтобы я тебе дорогу показывал?
– А я Федин товарищ, – отвечает Костя.
– Тогда другое дело, – говорит голубь. – Покажу.
Показал голубь Косте дорогу, и тот дальше пошёл. Идёт – и видит: мост через реку снесло. А как брод найти, не знает. Вдруг смотрит, плотвичка к нему подплывает и говорит:
– Я тебя, Костя, знаю. Ты Федин товарищ. Иди, я тебе брод покажу.
И показала.
Пришёл Костя на ярмарку. А на ярмарке много всяких людей. И хороших, и плохих. Вытащил плохой человек Костины денежки. Заплакал бедняга. Сколько времени копил!
Вдруг подбегает к нему кудлатая собака. Совсем чужая. Незнакомая. Узнала, в чём дело, и говорит Косте:
– Не горюй! Жди меня тут.
А у собак известно – нюх хороший. Они всё могут вынюхать и узнать. Любого вора найдут.
Вынюхала собака, у кого Костины деньги, отобрала их да Косте принесла. Принесла их Косте и кое-что ему на ухо шепнула.
Накупил Костя разных разностей, орехов-сладостей и семиголосую гармошечку. Идёт Костя домой и всех угощает и разными разностями, и орехами-сладостями. И птиц, и рыб, и пчёл.
Пришёл Костя к себе в деревню, нашёл Федю и подаёт ему семиголосую гармошечку:
– Вот тебе, мой хороший товарищ, подарочек!
Тот глазам не верит:
– Да что с тобой случилось, Костя? Какой ты добрый стал!
– Теперь я всегда таким буду, – говорит Костя и товарища обнимает.
Ничего не понимает Федя. Что с Костей произошло? Не знал Федя, что́ собака на ярмарке Косте на ухо шепнула. А шепнула она ему две пословицы:
«Не имей сто рублей, а имей сто друзей».
«Бережливым быть хорошо, а добрым лучше».
Жила-была сварливая старуха. К тому же неряха. Стала как-то она шить. А у неряхи все нитки спутаны. Распутывала их, распутывала нерадивая торопыга да и крикнула:
– Пропадите вы пропадом! Чтобы глаза мои не видели вас со всем вашим нитяным отродьем!
А нитки возьми да и пропади со всем своим нитяным отродьем: кофтами, юбками, платьями и бельём. Ничего нитяного в доме сердитой старухи не осталось. Сидит старуха голышом и вопит на всю горницу:
– Батюшки-матушки, где же моя одёжа?
Кинулась старуха за овчинным тулупом, чтобы себя прикрыть. А тулуп по овчинам на куски распался, потому как овчинные куски тоже нитками были сшиты.
Мечется старуха из угла в угол, а по избе пух летает. Наволочки у подушек тоже из ниток тканные. Не стало в доме ни варежек, ни чулок, ни одеял, ни половиков. Ничего нитяного не стало.
Накинула старуха на себя рогожный куль да и давай у ниток прощения просить:
– Ниточки льняные, ниточки шерстяные, ниточки хлопковые, ниточки шёлковые! Простите меня, старуху сварливую, торопливую, нерадивую. Вернитесь в мою избу.
И так-то жалобно старуха голосит-причитает, просит, что даже нитки, испокон веков молчальницы, и те заговорили.
– Назови, – говорят нитки, – половину того, что из нас, ниток, ткётся, плетётся, вьётся и вяжется. Тогда вернёмся. Простим.
– Только-то и всего? – обрадовалась старуха. – Мигнуть не успеете, назову.
И принялась старуха называть. Назвала десяток-другой нитяных изделий-рукоделий да и осеклась.
Не всякий, кто круто берёт, далеко идёт. Спотыкается. Останавливается. Отдыхает.
Стала старуха вспоминать, что из ниток ткётся, плетётся, вьётся и вяжется. День вспоминает, два вспоминает – десятой доли не вспомнила.
Шелка́, бархаты, су́кна, ковры, половики, ситцы, кружева, одеяла, скатерти. Платки, шали, шарфы, ленточки разные…
Отдохнёт и опять вспоминать примется: пояски, опояски, к ботинкам завязки, сапожные ушки, накидки на подушки, тюлевые шторки, плетёные оборки, сети-мерёжи, косынки тоже…
Месяц проходит, другой начинается. А нитки не возвращаются. Старуха из сил выбивается. Другой день больше двух-трёх нитяных поделок и назвать не может.
Соседи старуху жалеть начали, подсказывают.
Сороки и те, как только выведают, где что новое из ниток делают, старухе перестрекочут. Тоже жалеют. И вы её пожалейте. Может быть, тоже десяток-другой нитяных поделок назовёте.
Поняла она теперь, что нитки весь свет одевают. Нигде без них не обходится.
Стала торопливая Куница шёлковый сарафан к лету кроить. Тяп-ляп! Весь шёлк искромсала – изрезала в лоскутки. И не то что сарафан – платка из этих лоскутков нельзя сшить.
