Бежала лиса мимо виноградника. Спелый виноград манил свежестью и красотой своих гроздьев.
«Я знаю, где мне сегодня поужинать, — подумала лиса. — Когда все заснут, я сюда вернусь».
Ночью лиса прибежала к винограднику, но, к большому огорчению, увидала, что попасть в него нельзя; решётка крепкая и такая частая, что никак сквозь неё не пролезешь. Старалась лиса и так и сяк — ничего не выходит! Чуть было не застряла в решётке. Пришлось оставить бесплодные попытки. «Как же быть? Искать ужина в другом месте? Где его теперь найдёшь?… А виноград-то какой аппетитный!»
Легла лиса спать голодная. Утром проснулась, и опять к винограднику, — а гроздья выглядят ещё соблазнительнее, чем вчера.
«Экая досада! — думает хитрая лиса. — А всё-таки я должна поесть этого винограда и доберусь до него. Вот сяду здесь и буду голодать, пока не похудею настолько, что пролезу сквозь решётку».
Три дня лиса голодом себя морила и действительно стала такая тощая, что пролезла сквозь прутья решётки, добралась до винограда и уж поела его всласть.
— Как хорошо! — говорила она, катаясь по земле от удовольствия. — Стоило поголодать три дня, чтобы таким лакомством себя побаловать.
Довольная своей хитростью, собралась лиса домой. Подошла она к решётке, сунулась в неё — не тут-то было! От вкусного винограда лиса опять так растолстела, что пролезть сквозь прутья решётки не смогла.
Тут-то хитрая лисонька призадумалась.
«По правде сказать, не очень-то я умна! Теперь, чтобы убраться отсюда подобру-поздорову, придётся мне опять три дня голодать здесь, среди спелого винограда!»
И пришлось лисе опять три дня поститься.
— Ну, дела мои теперь совсем плохи, — говорила лиса, пролезая сквозь решётку. — Есть ой-ой как хочется; а как я теперь промышлять пойду — совсем ослабела? Так мне и надо!..
Давным-давно, когда на свете было ещё так много чудесного и таинственного, в одном большом городе у границы африканской пустыни жил старый сапожник по имени Хонеим. Он был еврей, и другие жители этого города считали его колдуном. В самом деле, Хонеим был человек не совсем обыкновенный: только взглянув на покупателя, он сразу определял, насколько тот богат или беден, и никогда не позволял никому купить такую пару сапог, за которую человеку было бы трудно заплатить.
Хонеим продавал сапоги всех сортов, и его лавка на главном городском базаре представляла собой интересное зрелище. Сотни пар всевозможной обуви различных размеров, вида и цвета были аккуратно расставлены на полках и на полу или свешивались с потолка. Хонеим никогда не спрашивал, какого размера нужны сапоги или сандалии. Посмотрит он на покупателя — и сразу даст ему обувь того самого размера, покроя и цвета, какие человеку нужны; и обыкновенно первая же пара, которую он предлагал, оказывалась самой подходящей.
Если, приметив три пары, покупатель не был удовлетворён, то Хонеим говорил ему:
— У меня нет таких сапог, какие ты требуешь; поищи их в другом месте.
Затем он садился за книгу и больше не отвечал ни на какие вопросы.
Если покупатель хотел непременно приобрести такие сапоги, которые были ему не по карману, то странный сапожник говорил ему:
— Дешевле сказанной цены я эти сапоги продать тебе не могу, а эта цена для тебя слишком высока; значит, не суждено нам с тобой сговориться. Да будет же мир с тобою!
И сейчас же, прекратив беседу, молча погружался в изучение своей книги.
Однажды какой-то молодой араб подъехал на верблюде к лавке и залюбовался обувью. Хонеим это видел, но не обратил на него внимания. Араб, полагая, что сапожник его не замечает, заставил своего верблюда опуститься на колени, потихоньку слез с него и вошёл в лавку. Хонеим по-прежнему не смотрел на него.
— Почтенный, — сказал араб, — я хочу купить пару сапог.
— А зачем? — спросил Хонеим, не отрывая глаз от книги.
— Зачем? Затем, для чего сапоги покупают, — чтобы носить их.
— Тебе сапоги не нужны, — ответил Хонеим, обернувшись к арабу. — Ты — сын пустыни; живёшь ты не в городе; шатёр твой стоит среди песчаной равнины, где сапоги совсем бесполезны. Ты приехал в город купить убор для своего верблюда и уже истратил немало денег. Я тебе ничего продать не могу.
Араб был удивлён.
— Откуда ты знаешь обо всём этом? — воскликнул он.
— Не спрашивай Хонеима, откуда он знает о том, чего другие не знают, — отвечал сапожник. — Разве я тебе не правду сказал?
— Истинную правду! — ответил араб, ещё более удивлённый странными речами сапожника. — Но может быть, тебе кто-нибудь рассказывал обо мне раньше?
— Не трать слов попусту, — был ответ Хонеима. — Кто в этом большом городе может знать о тебе и о том, что ты сегодня приедешь!
— Правда, правда, — сказал задумчиво араб. — Ты странный сапожник. А может быть, ты колдун?
