– Ты дурочку-то не валяй! Какая деловая встреча? Ты пришел на зенитовскую тусовку в красно-белом шарфе и думал, что тебе это сойдет с рук?
– Я не знал, что эти цвета для них как красная тряпка для быка… честное слово…
– Ты что – не знал, что это цвета «Спартака»?
– Не знал… – вздохнул Варавва, и снова поморщился от боли. – Я вообще футболом не интересуюсь…
– Футболом не интересуешься? – Пал Палыч посмотрел на него, как на диковинное насекомое. – А чем же ты занимаешься? Марки собираешь? Гладью вышиваешь?
– Я в теннис играю… – смущенно признался Варавва.
– Ты даешь! В теннис! – Пал Палыч оглядел его с ног до головы и прибавил: – Месяца два тебе играть не придется. Ладно, ты, теннисист, говори: будешь иск подавать?
– Иск? Какой иск?
– Известно, какой – за нанесение телесных побоев… Только ты имей в виду – у меня такие адвокаты, которые от тебя мокрое место оставят! Докажут, что ты сам себя побил, и еще десять встречных исков выставят от лица фанатов «Зенита». Скажут, что они об тебя руки и ноги обломали, выставят тебя на такие деньги – мама не горюй! Так что я тебе в суд идти не советую!
– Я и не собираюсь! – Варавва поморщился – то ли от нарисованной Пал Палычем безрадостной перспективы, то ли от боли в сломанных ребрах.
– То-то! Смотри у меня! – Пал Палыч строго взглянул на него и неторопливой походкой уверенного в себе человека направился к припаркованному неподалеку солидному черному «Мерседесу», возле которого скучал рослый водитель.
Оставшись один, Варавва огляделся и, хромая и постанывая, побрел к своей оставленной машине.
Проходя мимо мусорной урны на краю сквера, он хотел бросить в нее злополучный шарф, причинивший ему такие неприятности, как вдруг кто-то тронул его за плечо.
– Это ваш шарф?
Варавва испуганно отшатнулся, встал в оборонительную стойку и прохрипел:
– Нет! Не мой! Я его случайно на дорожке подобрал!
– Не ваш? – разочарованно переспросил его рослый парень с круглыми голубыми глазами закоренелого оптимиста, в надвинутой на глаза кепке, который показался Варавве смутно знакомым. – А я думал, что вы – от Бармаглота…
– Да, да, я от Бармаглота! – Варавва понизил голос и настороженно огляделся. – Они у вас? Вы их принесли?
– Так, значит, это все же ваш шарф? – переспросил парень недоверчиво.
– Мой, мой, конечно, мой! – Варавва снова намотал злополучный шарф на шею. – Давайте скорее…
– А что это с вами? – Парень с интересом разглядывал синяки и ссадины, украшающие Варавву.
– На меня велосипедист налетел.
– Не повезло… но мы здесь по делу. Деньги при вас?
– Они у меня в машине. Пойдемте, моя машина рядом припаркована.
Голубоглазый огляделся и кивнул:
– Ладно, пошли.
Они пошли в сторону метро, опасливо косясь друг на друга. Пройдя немного, Варавва проговорил:
– А я думал, что на встречу придет девушка.
– А я думал, что на встречу придет Бармаглот, – в тон ему ответил парень.
– Вы же понимаете, он сам редко ходит на такие встречи, – заюлил Варавва.
– Я понимаю, но и вы поймите. Девушка побоялась сама прийти, попросила меня.
Варавва замолчал.
В напряженном молчании они подошли к машине, Варавва открыл дверцу, сел на водительское место.
– Деньги! – потребовал парень.
– Артефакты! – потребовал Варавва.
Парень вытащил из-за пазухи небольшую картонную коробочку, открыл ее. Внутри коробочки на черном бархате лежали два металлических наконечника, покрытые резьбой.
Парень снова закрыл коробочку и выжидающе посмотрел на Варавву. Тот открыл бардачок, достал оттуда сверток в плотной бумаге и протянул парню. Парень осторожно развернул упаковку. Внутри лежала плотная стопка купюр.
– Полиция! – вскрикнул вдруг Варавва и толкнул своего соседа под локоть. Пакет с деньгами упал на пол машины.
– Где, какая полиция? – Парень завертел головой.
– Мне показалось… – смущенно ответил Варавва, поднимая с полу пакет и протягивая его соседу. – Ладно, все в порядке, давайте уже разойдемся, а то у меня нехорошее предчувствие…
– Предчувствиям не верьте! – проговорил парень, убирая за пазуху пакет с деньгами. – Они до добра не доведут. И будьте осторожнее с велосипедистами!
Захлопнув за ним дверцу машины, Варавва снял машину с тормоза и выжал педаль газа. Немного отъехав от Петроградской, он снова остановился в тихом переулке и открыл коробку, чтобы полюбоваться заветными наконечниками.
Синяки болели, каждый вздох отдавался в ребрах острой болью, но он почувствовал удовлетворение: цель достигнута, он справился с поручением шефа, и теперь можно провести священный ритуал! Провести его вовремя!
Спрятав коробку в бардачок, он достал мобильный телефон и набрал знакомый номер.
– Степан Платонович, они у меня!
– Я всегда в тебя верил!
Расставшись с Вараввой, Лапоть обошел вокруг квартала и вышел на набережную Карповки, где в пикапе его дожидалась Лариса.
– Ну что? – спросила она с интересом. – Как все прошло? Как он выглядел?
– Класс! – усмехнулся Лапоть. – Синяк на синяке!
– Болельщики не подвели!
– А как остальное?
– Боюсь, он подсунул мне куклу. Классический прием уличного мошенника. В самый момент обмена он отвлек мое внимание и поменял пакеты.
