– Ну, не совсем… Остальные шесть «Мастодонтов» были просто подняты выше. Теперь они продолжают давать чисто «атмосферную» информацию, и ребята, изучающие атмосферу Юпитера, – на нашем жаргоне «АЮ-научники», – получили невероятно комфортабельные внутриатмосферные базы. Не было бы счастья, да несчастье помогло… Но дело не в этом. Дело в том, что провалилась идея глубокого зондирования с помощью «Мастодонтов». И поскольку нам все-таки очень хотелось разведать поверхность грозной планеты, мы, Ю-научники, лет пятнадцать назад разработали новый проект «Эхо Юпитера». Основой Проекта была идея Иванова – Маккоубера погрузить на самое дно газовой оболочки планеты особые светодатчики, способные пронзить плотную облачность ударом луча-рапиры и таким образом доставить нам информацию о самой поверхности. Светодатчикам дали название «Мамонты».
– Ах, вот вы о чем! – оживился Балмер. – Так это – те самые «пульверизаторы»…
– Да. Когда хотят оскорбить нас, сотрудников Ю-Проекта, наших очаровательных «Мамонтов» называют пульверизаторами, самоварами и – совестно произнести – плеваками.
Леонид придирчиво оглядел себя в зеркале. Костюм ему нравился – короткий черный колет с узкими рукавами, украшенный на манжетах зеркально-блестящей решеткой, и черные узкие брюки с такой же решеткой на поясе. Правда, смущала пышность белой сорочки, мерцающей голубыми и розоватыми блестками, – по мнению Леонида, было слишком много кружев на груди и вокруг шеи. Но приходилось мириться – согласно традиции все, кто возвращается в Дальний, должны быть одеты по последней моде Земли. И потом, сегодня юбилейное торжество: двадцать лет со дня основания Дальнего – одного из крупнейших базовых городов внеземелья…
– Так на чем мы остановились? Ах, да!.. Мы обсуждали вопрос: можно ли называть пульверизатором устройство, объем которого превосходит сумму объемов этой каюты и вашей прием… – Леонид замер на полуслове: он случайно взглянул на Балмера в зеркало и сразу осекся.
– Простите, – сказал Леонид. – Я, кажется, зарвался.
– Я рад, что у вас отличное настроение, – ответил Балмер. – Я понимаю: близость дома, семьи, предвкушение скорой встречи с друзьями… Это всегда возбуждает…
– Да, – сказал Леонид. – Дикая кошка нетерпения…
Балмер кивнул на соседнее кресло.
– Присядьте, прошу вас. Времени еще достаточно, и мы успеем немного поговорить. Во-первых, кратко опишите мне устройство… э-э… светодатчика «Мамонт».
Леонид послушно присел.
– "Мамонт" – шар, объемом в сотню кубических метров. Несколько оболочек. Верхняя, броневая, отлита из модифицированного металлостекла, которое по прочности и термоустойчивости превосходит все известные ныне материалы. Внутри шара – плазменный реактор и большой запас специального металлического сплава. В нижнем сегменте – устройство для кодовой записи информации, поступающей извне. В верхнем – мощная светопушка… Я забыл сказать, что шар имеет пять небольших выступов. Четыре внизу – мы их называем «еловые шишки», один наверху – мы называем его «помидор». Сквозь «помидор» проходит канал световода – очень тонкий канал, не пролезет даже мизинец. Вот, в основном…
– Ну, хорошо. «Мамонт» погружается в атмосферу, садится на гипотетическую поверхность. И что же дальше?
– А дальше «Мамонт» начинает действовать автономно. «Еловые шишки» собирают информацию об окружающей среде. Реактор и специальное литейное устройство вырабатывают полуметровые металлические стержни толщиной с грифель карандаша. Кодирующее устройство записывает полученную информацию по всей длине стержня, потом этот стержень закладывается в лучемет светопушки и выстреливается вместе с лучам за пределы атмосферы. Нам остается выловить стержень и получить у него сведения о том, что делается в глубине Юпитера.
– Должно быть, очень трудоемкое занятие?
– Вы имеете в виду ловлю стержней? Да, искать и ловить стерженьки над планетой дело нелегкое. И, пожалуй, этот наш Ю-Проект отвергли бы как бессмысленную затею, если бы не идея Маккоубера. Его идею можно выразить одним словом «Количество». Он предложил такое, что поначалу даже нам, его коллегам, единомышленникам и товарищам, показалось, что он хватил через край… Он предложил сбросить в Юпитер три миллиона «Мамонтов».
– Н-да, многовато… – пробормотал Балмер. – Я помню, лет пятнадцать назад этот проект вызвал большой резонанс в среде космогенологов.
– Шестнадцать, – поправил его Леонид. – Я был еще зеленым студентом, но уже тогда идея Иванова – Маккоубера захватила меня…
