Автор бесстрастно повествовал, что после выхода из тюрьмы он твердо решил начать жизнь с чистого листа, но, как бы ни пытался найти работу, его нигде не принимали, и это, конечно же, были тяжелые времена, как физически, так и морально.
Но однажды главный герой случайно подобрал газету в поисках объявления о работе и наткнулся на странную рекламу: «Пришлите нам свою историю». Через некоторое время он из желания пожаловаться на жизнь излил душу в письме и отправил его в указанное место. И каково было удивление героя, когда в ответ вместе с билетом его пригласили в странный магазин.
«А вдруг и я тоже смогу получить билет?»
Сэрин начала сравнивать нынешнюю себя и свою ситуацию с историей автора, но вскоре бросила. Так просто и не сравнить, да это и не так важно.
Незаметно для себя Сэрин добралась до середины книги. В следующей главе автор описывал особенности токкэби, которых он встретил, а также примерные размеры их магазина. К книге даже прилагалась карта местности, из-за которой казалось, будто листаешь какой-то путеводитель. Карта была настолько детально прорисована, что непременно пригодилась бы, окажись читатель в том месте. Понемногу глаза Сэрин начали слипаться, и она задремала. Виной всему была окутавшая ее вялая послеполуденная сонливость. Сэрин с трудом открыла глаза и широко зевнула: «А-а-а».
Во второй части книги автор подробно рассказал о той мечте, которую выбрал, и как она сбылась. Он хотел стать известным писателем, и ему удалось заключить договор с ведущим издательством сразу после того, как он закончил рукопись «Тайны магазинчика токкэби». В дальнейшем успехе книги можно было убедиться, просто взглянув на обложку. Казалось бы, на этом рассказ можно было и закончить, но в конце читателя ждало еще приложение.
Вот оно! Можно сказать, только ради него Сэрин и взяла эту книгу. Сон как рукой сняло. В приложении давались подробные советы по отправке своей истории в магазин токкэби. Автор встречался с людьми, побывавшими там, а затем написал этот раздел, добавив к нему собственный опыт. Он с уверенностью заявлял, что этому можно верить.
«Где там была моя ручка?» Сэрин отметила в маленьком блокноте то, на что нужно обратить внимание при написании и отправке своей истории, а также пункты, которые желательно в ней упомянуть. Автор утверждал, что лучше всего представить свою ситуацию честно, без приукрашиваний и многословности. Он также предостерегал – хотите верьте, хотите нет, – что токкэби легко видят людей насквозь, поэтому сразу же почуют неправду. И, приводя различные доводы, он логически объяснил, что сама ситуация, в которую попал человек, куда важнее красоты изложения.
«Можно ли вообще в такое поверить?» А завершалась книга напутствием: если читатель этой книги попал в тяжелую ситуацию, ему стоит рискнуть – ведь благодаря магазину токкэби можно изменить свою жизнь, когда уже опускаются руки.
На следующем уроке Сэрин никак не могла сосредоточиться. И отвлекало её вовсе не то, что у учителя под мышкой была огромная дыра в современном ханбоке[2] на все сезоны, и даже не то, что прикрывавшие его лысину на макушке отдельные пряди волос с висков сползли и трепыхались. Дело было в книге, которую она прочла, вместо того чтобы поесть во время обеденного перерыва. И хотя учитель брызгал слюной и объяснял что-то с таким жаром, будто с минуты на минуту изрисует мелом всю доску, Сэрин занимали лишь мысли о магазине токкэби.
«Какие еще токкэби?» – Сэрин тряхнула головой, пытаясь отбросить эти фантазии, но это не избавило ее от путаных размышлений, а, наоборот, привлекло внимание учителя.
– Ким Сэрин, сосредоточься!
Сэрин спохватилась, почувствовав на себе взгляд учителя, и быстро извинилась.
– Простите…
С недовольным выражением лица учитель пригладил растрепавшиеся волосы с висков, поправил очки в золотой оправе и продолжил урок. Но мел постоянно ломался, и учитель, проворчав, что теперь ничего не делается как следует, с силой раздавил его о доску.
Сэрин, чувствуя себя виноватой, опустила покрасневшее лицо. Ни у кого это особого интереса не вызвало, и лишь несколько одноклассников скользнули по ней взглядом. Сэрин к этому привыкла.
