И они сработали! Если раньше сильно уставала, но не жаловалась, то, используя зелья, приходилось притворяться более слабой, чаще охать и айкать и внимательно наблюдать за Дейрой, не начала ли она что-то подозревать. Но она на свою помощницу не обращала внимания больше чем обычно. Разве что, когда Лада просила выходной, тоже решала оставаться дома и своим присутствием закрывала доступ в лабораторию, чем мешала сварить ещё одно зелье: для красоты и ухоженной внешности. Ведь кроме собирания трав, за Ладой оставалась ещё стирка, уборка, готовка и – огород.
А потом явился еще один неожиданный гость. Он подошел со стороны леса, когда Лада полола морковку. Паутинообразные сорняки не только устелили землю, но и оплели ботву так, что приходилось распутывать оторванные части крепкого жилистого растения, чтобы на грядке осталось хоть что-то.
– Сияющий в помощь, дина! – послышалось громкое в тот момент, когда она уже добралась до последнего завитка цепкого вьюнка, отвоевав еще одну морковку.
– Ох! – оглянулась, удивившись подошедшему гостю. Был крепкий и гибкий, с чёрными волосами, собранными в хвост, неровной чёлкой, которая поразительно ему шла, в чёрной рубашке, коричневых узких брюках. На шее – амулеты, на руках – браслеты, по несколько штук. Лада отметила благородное выражение лица и королевскую осанку.
– Боюсь, Сияющий не согласился бы пропалывать грядки, больше похоже, что сорняки его любимчики, раз так упорно растут где надо и не надо. И я – не хозяйка. – Лада перестала полоть и на всякий случай взяла направление к дому, отступая так, чтобы не наступить на стебли расстелившихся огурцов. – Могу её позвать. Как сказать, кто к ней пришёл?
– Не надо никого звать, милая дина! – немного грустно прозвучало в ответ. – Дейра, к сожалению, не будет рада меня видеть.
Гость одним скользящим движением преодолел довольно большое расстояние и уже стоял перед Ладой, пахнув ароматом леса и склонив голову набок, как птица. Она невольно поразилась округлым серо‐карым глазам с огромной радужной оболочкой, в ресницах чёрных и длинных, как у девушки.
"Это наверняка добрейшей души человек," – подумала вдруг.
– Я – Сгирель. А вас как зовут? – он был одного роста с Ладой, смотрел дружелюбно.
″Сумашедший линс! Тот, который лишь поморщит нос – и все разбегаются!″ Лада сглотнула, моргнула несколько раз и почти храбро представилась.
– Очень приятно… – он растаял и очутился сзади.
От неожиданности ахнула, обернулась на сто восемьдесят градусов, намотав на ноги стебли. Показалось, что он осматривает ее, как музейный экспонат, а затем осознала, что повязка-артефакт уже в руках Сгиреля!
Вот тебе и благородное выражение лица…
– Что вы себе позволяете? – возмутилась, освобождая ноги из растительного плена, а он, стоя несколько метров перед ней, восхищенно взирал куда-то поверх ее головы.
– Ллирель, это сделал Ллирель! Он жив! Жив… – воскликнул линс, и Лада невольно отступила, под ногами хрястнул перезрелый желтобрюхий огурец, как будто специально потерявшийся для того, чтобы оказаться там в нужный момент. Упасть не успела – вмиг очутилась в руках Сгиреля, а над ней, как в танце, близко‐близко склонилось бледное, слегка веснушчатое лицо с невероятными глазами.
– Отпустите меня! – выдохнула Лада и Сгирель тут же поставил её на ноги, моментально удалил растения у ног и уже стоял в нескольких метрах от неё.
– И отдайте повязку! – Ладу начала раздражать его бесцеремонность. – Как вы смеете прикасаться ко мне и топтаться по моей морковке? Я столько полола, а вы…
– Ох, простите! – он тут же оказался натягивающим повязку ей на голову, неловко дёрнул за волосы и ткнул в глаз одним из многочисленных браслетов, позвякивающих тихонько на руках.
– Ай!
– Прошу прощения, королева, я такой неловкий, – проговорил линс уже на расстоянии двух шагов, – но мне правда нужно было увидеть. Вы не представляете, как это важно, как я рад, что вы есть и что вы здесь! Возьмите, – он снял с груди амулет в виде сердца на тесёмке и осторожно спросил:
– Разрешите одеть вам подарок?
– Спасибо, не надо, – она хотела сказать, что ей не надо его подарков вообще, но Сгирель уже затискал в ее ладонь тёплый округлый камень, зелёный с разводами.
– Это агат. Вам лучше, чтобы он соприкасался с кожей, при перемещении поможет удерживать равновесие.
– Каком перемещении? Какое равновесие? – вконец растерялась Лада.
– В пространстве, у вас же аура линсов! На полную Лику жду вас в гости Агатовую пещеру. Нам есть о чём поговорить.
– Подождите! – крикнула Лада удаляющемуся к лесу Сгирелю. – Я что, смогу удаляться и приближаться так быстро, как вы?
– Да! Тренируйтесь.
Словно вспомнив о чём-то, он остановился на краю огорода и сделал то, что навсегда покорило её сердце и подтвердило подозрение в том, что Сгирель добрейший человек: каким-то образом вмиг удалил все сорняки.
– Берегите себя, королева. Славного дня!
Да, то был славный день. Ведь с тех пор на огород Лада ходила только чтобы полить, полюбоваться и собрать урожай.
