Так они проверяли меня месяц. Месяц я находилась в Москве. Они тестировали-тестировали и заключение было такое: очень сильные способности, но так как я молодая и мне нет еще шестнадцати лет, я не могу всем этим заниматься. Я могу быть только поисковиком – я могу искать, я могу смотреть, потому что у меня этот сильный дар. Но лечить людей я не могу. С этим вердиктом меня отправили обратно в УУ.
Я прошла курс помимо этого. Первый мой диплом биоэнерготерапевта я там защитила. Я научилась, как включать и выключать эти способности.
А Алла Викторовна начала зарабатывать деньги.
И многих людей, которые приходили, она просто обманывала.
Первое время я даже ей где-то подыгрывала.
У меня был какой-то страх: мы тут с Наташей, у меня особо денег нет, я боялась, что она нас сейчас вышвырнет на улицу.
Мы дня три прожили в такой обстановке – и она говорит: «У меня здесь есть подруга, тетя Ася, ты можешь пожить у нее».
Алла Викторовна улетала через десять дней, а мне надо было оставаться учиться. В гостинице я жить уже не могла – это было дорого.
Мы поехали к этой тете Асе втроем. Алла, я и Наташа. Когда мы приехали к тете Асе, то Алла опять начала врать и говорила, что у той тоже болезни. Вечером мы вернулись в гостиницу – и я поняла, что больше участвовать в этом не хочу. Я буду только ходить учиться – и мне не надо никаких денег.
На следующий день утром мы с Наташей собрали свои вещи и ушли.
Алле Викторовне перед уходом я сказала, что не хочу начинать свою деятельность с обмана людей. Но когда мы уезжали из гостиницы, ко мне подошла администратор Елена Сергеевна и спросила: «Где я тебя могу найти?»
Я ей оставила телефон тети Аси и телефон в УУ, тогда же не было никаких сотовых телефонов.
Немного позже, когда я жила у тети Аси, эта Елена Сергеевна мне позвонила. И от нее много было клиентов: кто-то от нее приходил, и сама она ко мне приходила. Никакой онкологии у нее, конечно, не было. Потом она вышла замуж и уехала жить в Австрию. И я смотрела этого мужчину и видела, что у них будут отношения – так все и оказалось. А она мне помогла в работе и отправляла клиентов ко мне.
И потом она рассказала, что в тот приезд Алла Викторовна заработала на 2 машины в этой гостинице. Но когда целительница уехала, люди начали жаловаться, Елена Сергеевна потом еще отдувалась за эту Аллу Викторовну.
Алла Викторовна вернулась в УУ и сразу пошла к моим родителям и сказала, что если Кристи так будет относиться, то у нее ничего не получится.
Мама с папой, конечно, ничего не поняли, что такого я сделала.
Она им правды не говорила, но, когда через месяц мы с Наташей вернулись в УУ, Алла Викторовна встречала меня в аэропорту вместе с родителями.
Мы прилетели. Погода была – дождь, ветер. Вышли из аэропорта – ветер сносит. Алла на улице стоит и мне говорит: «Все понятно, мы разные, все люди разные. Ты еще молодая, ты ни о чем не думаешь. Только я прошу тебя, ты меня не бросай, давай вместе работать».
Тогда я, в принципе, согласилась и еще какое-то время приходила к ней – и работала.
В это же время произошла еще одна странная, прямо магическая история.
Там был один человек. Довольно молодой – ему было года двадцать три. Он считал себя особенным и говорил, что у него какая-то особая связь со звездами и луной. Он ночами работал. Что он делал, я толком не знаю, но он утверждал, что у него ночная сила, что он обладал какой-то магией. И он на мне провел такой опыт – типа приворота. Невозможно передать, как я по нему сохла.
У меня было чувство, что я медленно схожу с ума. Я только о нем и думала. Я бежала туда в управление, где он работал, потому что я хотела увидеть его. Это было умопомрачение.
Я была еще маленькая, никаких отношений у нас с ним не было, но мы гуляли, целовались, какая-то симпатия была.
Но я-то не знала, что он надо мной такой опыт проводил.
Алла Викторовна снимала с меня его воздействие. Я ей рассказала, что я ощущаю, и она снимала все это с меня. Она рассказала, что он как раз тренируется делать приворот. Я спросила: «На мне, что ли?» Он и на других девушках пробовал. Она все с меня сняла – и сразу все прошло. Я и его стала видеть другими глазами. Его нельзя было назвать симпатичным, хотя, когда я была под воздействием, мне казалось, что он – просто мечта. И я по нему страдала. Он меня так специально привораживал.
Потом, когда мы с ним уже начали дружить, он сам признался во всем. Я его спрашивала: «Зачем ты это делал?» – Он говорил: «Мне же надо было на ком-то это практиковать». Он специально пробовал на таких девочках, с которыми у него не могло бы быть никаких отношений.
Я потом только поняла, что он обладал темными силами.
А с Аллой Викторовной мы стали общаться все меньше и меньше. Я начала принимать все больше дома.
