Глаза у Димы вдруг стали круглыми, минуту, не моргая, он смотрел на заплаканную девушку, потом буркнул проклятие, и, к удивлению девушки, чертыхнулся. Поднялся с корточек, опять выругался, а потом испарился в воздухе.
- Что это было? – Ксюша первой обрела дар речи.
- Ты всё видела, - безжизненным голосом еле выговорила Инга, - я отдала ему свою душу. Надеюсь, он вернёт бабушку, хотя я мало ему верю. Демонам верить нельзя.
Секунду Ксюша молчала, а потом, всхлипнув, бросилась обнимать подругу.
- Боже! Какая я идиотка! Что я наделала! Инга, милая, прости меня! Какая кретинка! Я даже и не подозревала, что магия и духи тьмы существуют в действительности! Прости, прости! Пожалуйста, Инга! Я не думала, - она размазывала по лицу слёзы, - что же теперь будет? Что будет с тобой? Как это? Как его прогнать?
- Боюсь, никак, - тихо сказала Инга, - слишком поздно.
Они рыдали, сидя на снегу, потом Инга вспомнила, что подруга может простыть, и, на плохо слушающихся ногах, увела её в дом бабушки.
Уснуть они не могли в такой ситуации.
Подруги за весь вечер больше не произнесли ни слова, они просто забрались на старенькую печку, и лежали, глядя в потолок.
Инга затуманенным взором рассматривала деревянные доски, невысокую ёлку в углу, понимая, что этот Новый год она уже не встретит.
Завтра её жизнь оборвётся, и ей будет всё равно, а Дима утащит её за собой в подземное царство. Ей было дико страшно, всю трясло от этой жуткой мысли, но выбора уже не было.
Когда, услышав стук в дверь, Инга открыла глаза, она поняла, что всё же заснула. Спрыгнув с печки, она бросилась к двери, и, увидев участкового, вздрогнула, а Алексей Васильевич, увидев её испуганные глаза, улыбнулся.
- Всё хорошо, - сказал он, - нашли бабушку. Она жива и здорова. Её нашёл один из наших ребят, как раз в соседней деревне, шла по дороге. Она ничего не помнит, как в забытье, и сейчас в местной больнице, но это только так, на всякий случай.
- Какое счастье! – всхлипнула Инга, и, разрыдавшись, бросилась участковому на шею.
- Ну-ну, - слегка растерялся он её проявления эмоций, - не плачь, теперь всё хорошо, Агату Петровну сегодня уже отпустят домой, так что не плачь.
- Это от радости, - прошептала Инга, и, продолжая всхлипывать, отстранилась от него.
Ксюша, в это время слезавшая с печки, слышала их разговор, и тут же стала застегнуть сапоги и надевать курточку. Она тут же дала Инге её куртку, и Алексей Васильевич тот час отвёз их в местную больницу.
Инга никак не могла в себя прийти от переживаний, и, увидев бабушку, сидящую на стуле во врачебном кабинете, со слезами на глазах бросилась ей на шею.
- Ну, что ты, солнышко ты моё, - умилилась Агата Петровна – невысокая, худощавая женщина интеллигентной наружности с короткой, изящно уложенной стрижкой на седых волосах.
- Бабуля, милая, я так рада, что ты в порядке, - прошептала Инга, обнимая бабушку.
- Да уж, - вздохнула та, - сама в толк взять не могу, как так получилось.
Эх, старость – не радость! До сих пор в голове всегда было всё вроде нормально, читала без очков, а тут бац – в голове помутилась и убрела старая в чащу! Доктор, что ж мне теперь делать-то? – посмотрела она на врача.
- Попейте таблеточки, что я вам выписал, - посоветовал он, - кто знает, как дальше будет, - а у Инги вдруг вытянулось лицо.
Если сегодня её не станет, то, как бабушка завтра это переживёт?
Она сама чуть не сошла с ума от горя вчера, когда думала, что единственного близкого человека больше нет на этом свете...
Её затопила волна такого отчаяния, что она была не в силах пошевелиться. Просто сжала бабушку в объятьях, словно боясь потерять сию минуту, и простояла несколько минут с окаменевшим лицом, пока забеспокоившийся доктор не вывел её из ступора.
- Девушка, с вами всё нормально? – спросил он, глядя на её вытянувшееся лицо.
- Со мной порядок, - кивнула она, - просто напереживалась.
- Тогда вы можете быть свободны, - врач ещё раз бросил на Ингу встревоженный взгляд, - точно, не надо успокоительного?
- Нет, всё нормально, это лишнее, - ответила девушка, и увела бабушку в коридор.
- Сколько ж я тебе переживаний доставила, - вздохнула Агата Петровна, - бедная ты моя.
- Ничего, бабуля, главное, что ты нашлась, это важнее всего, - вздохнула Инга, бросив на Ксюшу почти безумный взгляд.
