В комнате Влада невозможно было пробраться через завалы самых разнообразных вещей и не запнуться, рискуя носом повалиться прямо в неведомую свалку. Однако довольно быстро Кара, уважавшая спартанский, военный порядок, поняла, что Влад прекрасно разбирается в своих вещах и может с удивительной точностью припомнить, что куда положил.
Он читал по три книги параллельно, пьяным декламировал стихи, крича во всю глотку, чем Кару ужасно смущал, но со временем она научилась прислушиваться к тому, что там Влад орет с пугающим надрывом. И ей начинало казаться, что в этих строчках он душу выворачивает наизнанку.
К мороженому с вареньем Кара тоже привыкла, зато выяснила, что Влад прекрасно готовит, хотя и делает это вечером и «на отвали», чтобы на голодный желудок не ложиться, а ест он вообще все подряд. Кара убедилась, что большинство его выдумок — извращения, на собственном опыте.
— Как ты с ним, привык? — как-то раз неловко спросила Кара у Яна. — Влад — человек необычный.
— В том и прелесть, разве нет? — тепло улыбнулся Ян. — Со временем начинаешь любить то, что поначалу не нравится. Иначе невозможно представить Влада без этих его безумных привычек.
Кара кивнула, поражаясь его ангельскому терпению.
***
Влад
Громыхание из глубины квартиры вырвало их из сна. Что-то железное оглушительно ухнуло, раздался скрип.
— Что там такое? — чутко приподнялся Ян.
— Кот, — еще сонно бормотнул Влад, зарываясь носом в подушку. — Спи, с утра посмотрим.
Ян затих на мгновение — поверил. Потом опомнился, шепотом выругавшись.
— Нет у нас кота! — сам прошипел он.
В следующее мгновение Влад лениво приоткрыл один глаз, чтобы в восхищенном онемении увидеть, как Ян гибко — за секунду, на едином выдохе — перескакивает через него, легко удерживает равновесие после изящного броска и бесшумно, крадучись ступает босыми ногами по паркету. Он напоминал хищного зверя на охоте напряженной позой, а в руке Влад разглядел тускло сверкнувший револьвер.
— Иногда я тебя очень сильно боюсь, — тихо сознался он.
На кухню Ян двинулся первый, а Влад немного несобранно (спросонья он чуть в косяк двери не вписался) шагал за ним, на всякий случай набрасывая на пальцах пару несложных заклинаний. Про себя он гадал, кому могло в голову прийти к ним вломиться. В этом он мог усмотреть разве что изощренный способ самоубийства: лезть в дом, где живут двое гвардейцев, чревато немедленной, без суда и следствия гибелью. Если уж не они настигнут незадачливого вора, так защитные заклинания, охраняющие дом лучше самого дрессированного пса, крепко вдарят.
Но заклинания молчали. Дверь на кухню Ян подтолкнул плечом, приоткрывая; Влад слышал, что он затаил дыхание, боясь их обнаружить. Кинулся в проем рывком, выставив вперед револьвер, крутанулся в разные стороны, дулом обводя кухоньку… Влад сунулся следом, огляделся, щурясь в темноте. Заприметил перевернутую табуретку, крышку от кастрюли на полу, рассыпанную землю: один из кактусов кто-то своротил. Влад скользнул взглядом выше, на подоконник, где ровные, как по линеечке, ряды горшков кто-то разметал… В распахнутое окно задувал прохладный ветер, бил по невесомому тюлю, заставляя его вздыбиться.
В углу возле окна закопошились, и Ян ринулся туда… К счастью, Влад успел прыгнуть наперерез и перехватить руку с револьвером, чуть с ног его не сбив; Ян обиженно рыкнул, вырываясь из его хватки и глядя в один лишь угол, готовый защищать свой дом до последнего вздоха — было в этом что-то адское, инстинктивное, что Влад до чертиков хорошо понимал. Но он мысленно дернул за ниточку заклинания, зажигая яркий свет; до выключателя лениво было тащиться, да и отпускать молчаливо рвущегося вперед Яна, готового убивать, было опасно.
Успокоившись, Ян в его хватке обмяк, чуть дернул плечом, намекая, что его уж можно и отпустить: совсем не время для объятий. Там, между шкафчиком и стулом, притаилась встрепанная, как драная кошка, Кара, которая сверлила их немигающим, немного настороженным взглядом.
— Мяу, — после продолжительного молчания выдала она.
Нервно хихикнув, Ян отложил на стол револьвер.
— Ненавижу, блять, когда ты так делаешь! — с чувством заявил Влад. — Разве нельзя предупредить, что заглянешь в гости, как все нормальные нелюди? Почему обязательно нужно вламываться через окно, да еще и с таким грохотом? А если бы инквизиторство тебя пристрелил, он-то к таким фокусам непривычный! Кара, пользуйся ебаной дверью!
Его вопли не произвели ровно никакого впечатления на Кару, зато снизу соседи заколотили в потолок, как бы намекая, что два часа ночи — время неподходящее для семейных склок. Потому Влад перешел на угрожающий, удушенный шепот, принялся змеей шипеть:
— Денницей клянусь, сделаю так, чтобы окна нельзя было снаружи открыть! Или ты станешь их разбивать?
