— Мы что-то празднуем?
— Ну, по крайней мере, остались живы, — как всегда, разумно кивнул Волк. — Как по мне, уже повод. Когда-то этого хватило бы, чтобы не просыхать неделю…
Когда-то одной встречи хватило бы, чтобы голова Ниирана покатилась по траве.
Нииран отпил немного вина, чувствуя, что немного согревается. Придвинулся ближе к костерку, протягивая ноги, которые почему-то ныли — но ведь Нииран проделал весь этот путь на лошади… Он рассеянно поднял руки, глядя, как тонкие пальцы освещает теплый костерок, розово подсвечивая кожу. Сколько раз обещал себе не полагаться только на магию…
Помотав головой, Нииран почувствовал, как будто бы печет старый шрам на щеке. Рассеянно почесался, чувствуя пристальный взгляд Волка. Тот, внушительный и мрачный, сидел рядом и во что-то вслушивался, положив на колени любимый боевой топор и поглаживая рукоять. Хотел бы Нииран что-нибудь сказать, но Волк вдруг поднял ладонь, призывая к молчанию.
— В лесу, — почти беззвучно прошептал Волк. — Сзади.
Окаменев, Нииран напряг пальцы, почувствовал колкое присутствие магии. Он и не заметил, что за ними следят, так что сейчас напряженно косился, пытаясь заметить хоть что-то, колыхание ветвей, малейший хруст… Но Волку он верил. В драке не было никого лучше…
С удивительной ловкостью Волк нырнул в кусты. Скрылся в тенях, растворился, словно его и не было рядом никогда. Всего лишь шорох — пробежавший по лесу ветер, взметнувший листву. Раздался задушенный вскрик, и Нииран настороженно скользнул в противоположную сторону.
Он ненавидел лес. Ненавидел кусты, сквозь которые ничего не было видно. Темноту непроглядную, в которой мог спрятаться любой враг. Нииран даже не догадывался, следовал за ними кто-то из банды или прицепились какие-то стервятники по дороге.
На него выскочил демон слева. Занес клинок, но с пальцев Ниирана сорвались сверкающие молнии. Он любил швыряться огнем, однако сейчас не стал бы этого делать, если не хотел воочию увидеть лесные пожары, о которых только читал. Молнии прошили демона насквозь, и он заорал — мучительно и громко, отзываясь воплем по всей притихшей чаще. Упал на землю; одежда его дымилась. Не успел Нииран проверить, жив ли он, на него вылетел из засады другой разбойник. Сабля выскользнула из ножен торопливо, и Нииран успел отбить удар. Демон оскалился, прорычал что-то ему в лицо, злобно щерясь, а Нииран не мог разобрать слов, слишком шумела в ушах кровь. Пытался пересилить противника… Клинки разошлись, высекая искры, а следующий выпад разбойника ударил точно в плечо. Там, где впился меч, сначала стало холодно, потом — очень жарко.
Испуганный за свою жизнь, Нииран не заметил, как из кустов выскочил Волк. И слава Деннице, что не заметил, иначе взглядом мог подсказать разбойнику обернуться. Топор тяжело ухнул, опускаясь на голову демона, срубил ему рог и половину башки, прямо от виска. Дернувшись, Нииран сбросил с себя обмякшее тело, вскочил, дико оглядываясь и ища нового противника. Над ним, шумно дыша, стоял Волк, сжимал в руке огромный топор, и невольно Нииран отшатнулся.
— Ран, ты цел? — в голосе Волка прорезался испуг. — Не задели?
— Херня, плечо, — выговорил Нииран.
Волк оттащил его к костру, заставил снять изрядно перепачканный мундир. Кровь густо пропитала рукав, мазала черным, и Нииран почти не мог двигать пальцами, а это было самое жуткое, что маг вообще может вообразить, но он стискивал зубы и ждал, пока Волк выпутает из связки амулетов лечебный. Колдовать на самого себя — все равно что зашивать свои раны в самом неудобном месте. Долго и больно.
Выдохнув, Нииран пошарил взглядом возле костра, тщетно ища ту самую фляжку. Теперь ему очень хотелось выпить, не важно, что был за повод.
— Там больше никого нет? — спросил он. — Ты уверен?
— Никого не осталось, — глухо проронил Волк.
Нииран обещал себе, что развернет поисковое заклинание, как только его рука перестанет пульсировать тупой болью, а пока просто сидел, стиснув зубы и болезненно сжавшись.
— Ты извини, — вдруг вздохнул Волк. — Я не хотел тебя убивать. Я имею в виду… и тогда, в прошлый раз, — растерянно подсказал, показывая на свое лицо, тоже иссеченное мелкими шрамами…
Но все же не отметиной от боевого топора.
— Да я понимаю, — скривился Нииран. — Ты хотел ее защитить. Я сам бы зарезал ради Баяры кого угодно — и до сих пор так сделаю!.. — Он сдавленно застонал, когда Волк приложил мягко сиявший амулет к открытой ране.
Магия лечила быстро, принося странное, кружащее голову облегчение. Волк сел рядом, глядя виновато, как большая псина, и Нииран с усилием отвернулся. Столько лет он мечтал о том дне, когда сможет отомстить за шрам, за всю эту боль, но теперь они были в одной гвардейской лодке, а Волк, к тому же, был его командиром. И тем, кто только что спас ему жизнь.
— Надеюсь, ты все это делаешь не из долга? — хмыкнул Нииран.
