И вот уже полдюжины голых тел то скрываются, то снова высовываются из воды. К находке прикрепляют подрывные патроны. Потом со всех ног бегут к берегу, а над рекой взмывает султан воды и огня.
— Есть еще одна!
Но бывает, что мину подрывать нельзя — поблизости село, или застрявший на мели плот, или еще что-нибудь, что может пострадать от взрыва. Тогда сюда со своими молодыми помощниками спешил самый бесстрашный и самый осторожный человек на флотилии — капитан 1 ранга Федор Иванович Тепин. Старому моряку, участнику революции, было уже за пятьдесят. Но в бодрости ему любой мог позавидовать. В помощь ему мы выделили трех комсомольцев-минеров. Они всюду появлялись вместе — трое веселых юнцов, предводительствуемые своим седовласым флагманом. В сотне метрах от мины Федор Иванович приказывал помощникам остановиться и залечь в укрытии. К мине он подходил один. Осматривал, выслушивал ее, доставал из потертого чемоданчика инструмент. И, только вывернув взрывной механизм и убедившись в полной безопасности, взмахом руки подзывал помощников. Показывал им вывернутые детали, велел заглянуть внутрь мины, до мельчайших подробностей разъяснял, что и как он делал.
— Разрешите нам самим?! — бывало, его упрашивали матросы.
— Рано, рано еще! — упрямо твердил он в ответ.
Прибыл Федор Иванович к нам из Москвы. До этого был на Балтийском флоте, где обезвредил не один вражеский «сюрприз».
— Тогда было труднее, — сказал он мне как-то за стаканом чаю. — Впервые в диковинку все было. Ничего, раскусили мы эти штучки...
Я спросил его о помощниках. Глаза старого минера потеплели.
— Хорошие ребята. Они до Берлина дойдут.
Офицеры флотилии трудились без отдыха. Своеобразие нашей работы заключалось в том, что офицеров у нас было мало. Большинством кораблей командовали старшины, они же возглавляли наблюдательные посты. Когда мы формировали южный участок СНиС (от Сталинграда до низовьев Волги), мы не смогли заполнить офицерами штатные должности. Ко мне пришел начальник участка полковник Георгий Афанасьевич Гаврилов.
— Мне нужны техники связи, командиры электролинейных взводов, начальники радиостанций управления. Все это офицерские должности. Но кадровики не дают ни одного человека. Говорят, люди нужны действующим флотам. Как будто мы бездействуем! Как быть?
Хотелось ответить, что эти вопросы — компетенция начальника штаба... Но вовремя одумался. Нет, это и моя забота.
Вызываю начальника отделения подготовки и комплектования капитана 2 ранга Ивана Григорьевича Блинкова.
— Давайте думать.
Выход был один — назначить на офицерские должности наиболее подготовленных специалистов-старшин. Из центра дали «добро». Десятки старшин — коммунистов и комсомольцев — стали командовать подразделениями. Окрыленные доверием, они старались изо всех сил. Но многим не хватало знаний, а главное — опыта воспитания людей. Они нуждались в повседневной помощи. И эту помощь должны были оказывать офицеры — командиры и политработники, сотрудники штабов. В горячую пору они переходили с корабля на корабль, с поста на пост — учили, советовали, отчитывали за упущения (а без них, конечно, тоже не обходилось). Заместители командиров по политической части Степан Григорьевич Серков, Федор Яковлевич Отмахов, Антон Григорьевич Лемешко, Иосиф Васильевич Блинов, Герман Иванович Фомин, Дмитрий Петрович Медведев всегда были с моряками. Инструктировали парторгов, комсоргов и агитаторов, добивались, чтобы каждый матрос, на каком бы отдаленном посту он ни находился, чувствовал себя членом дружного коллектива, знал о делах своих товарищей и о событиях на фронтах, о жизни страны. Редко бывали в базе и инструкторы политотделов флотилии и бригад.
Настоящими партийцами-воспитателями выступали не только политработники, ими можно было с полным правом назвать и почти всех наших штабных работников. Партийную организацию штаба флотилии возглавлял Василий Михайлович Сидоров, человек большой души и энергии. Всем еще помнилось, как он во время боев за Сталинград водил в атаки моряков, сошедших с кораблей. Василий Михайлович настойчиво добивался, чтобы каждый офицер штаба не ограничивался рамками своей специальности, а был и политическим воспитателем, умел воодушевить людей на большие дела. Именно такими показали себя начальник оперативного отдела Е. С. Колчин, начальник отдела боевой подготовки И. А. Кузнецов, в дни Сталинградской битвы командовавший Краснознаменной канонерской лодкой «Усыскин», флагманский инженер-механик С. Г. Ионов.
Как-то мы с Кузнецовым прибыли на бронекатер. Поговорили с командиром, обошли корабль.
— Что-то народ у вас хмурый, — заметил Кузнецов.
— Устали, — ответил командир. — Мотаемся без отдыха, питаемся неважно — продукты получаем на ходу, какие придется...