Родители по возвращении в Москву определили меня в “подготовительную дневную группу” - что-то вроде частного детсада для пяти-шестилеток, где “готовили к школе”. Реально, кстати, готовили - научили читать и немного считать. Вот научить лепить, рисовать и привить чувство ритма не смогли. Потом первый класс - и жизнь пошла по накатанной. По крайней мере, так казалось со стороны.
У меня больше не было друзей. Я искренне считал это собственным решением и не пытался ни с кем сблизиться. Зачем? Поговорить мне всегда хватало Ми, которая меня
Я открыл глаза и с удивлением провёл рукой по лбу, слегка дрожащей рукой стирая крупные капли пота. Вот это экскурс в глубины памяти, мать его. Или, скорее, мать мою. Удружила, мама, ничего не скажешь. И ведь от чистого сердца хотела, как лучше, а у меня комплекс на всю жизнь… И некого винить. Некого…
Я вдруг кристально ясно представил, что произошло в деревне юки-онн, когда туда вернулась на каникулы Куроцуки. Вот она “в древних традициях предков” заявляется к старейшинам или к своему наставнику - уж не знаю, как там принято у них, у шиноби. Ну а кто ещё додумается строить деревню “на самой границе вечных льдов”? Да и остальные занятия клана как бы намекают…
В общем, встаёт она такая на одно колено, упирается кулаком в пол и просит дальнейших распоряжений. Самая маленькая, самая хрупкая, самая лучшая, умная и прилежная ученица поколения. Которую, судя по всему, и отправили в школу к Кабуки для того, чтобы вытащить из смертельной лотереи для пушечного мяса - не верю я, что те, кто принимали решения, не знали, что делают. Это только в манге и романах ниндзя неубиваемые неуловимые тени, метающие ножи на километр на зависть снайперам с безумно дорогой сверхточной винтовкой. А попробуй выжить, расстреляв свою цель из “УЗИ” почти в упор, к чему Нанао в том числе явно готовили. Какое по счёту задание оказалось бы фактическим самоубийством во имя клана?
И вот выясняется, что Куро-тян намёк не поняла, и всё ещё горит желанием лечь на алтарь своего долга - наверное, тоже в детстве пообещала, прям как я. И когда её практически прямым текстом уже посылают “иди и живи, дура”… М-да. И объяснить некому. И хороший поступок от того, кто посылал на смерть ради наживы и готовил убийц, потому рискует пропасть втуне. А ещё…
Я потянулся разумом к Ми, и, не размениваясь на попытки что-то предварительно объяснить, вывалил всю мешанину эмоций, все воспоминания и мысли разом. Она поймёт. Не надо пытаться видеть в других только то, что укладывается в понятие “нормально”, потому что иначе “придётся решать за них”. Потому что всё равно придётся решать - ну или запереть себя в добровольной изоляции ото всех. Мы не будем
16.
- Хорошо размялась! - громко сообщила Куроцуки подходящей к ней Мирен. - Пойдём, умоемся? Не хочу до коттеджа терпеть.
И, не дожидаясь ответа, двинулась к виднеющимся за ровным рядом деревьев хозяйственным постройкам стадиона. Ми ничего не оставалось, как двинуться следом.
-
Нанао для произнесения своей речи выбрала место не абы как, а чётко под осветительной мачтой. Той самой, на которой была закреплена площадка-зарядная станция квадрокоптера-“летающей камеры”, и висела ещё парочка обычных, постоянно закреплённых видеокамер наружного наблюдения. А возможно ещё и микрофоны - не зря же юки-онна так старалась?
