Привычная линия горизонта исчезла, меня мотало как погремушку в руках ребенка. Во всех возможных направлениях и так быстро, что я никак не мог понять, что происходит.
А потом все замерло.
Деревья. Что на дороге делают деревья? На дороге?
Мысли постепенно догоняли меня. В ушах прозвучал грохот, с которым «Фольц» пробил ограждение и вылетел с дороги. По телу прошли вибрации ударов, переворачиваемой машины.
Срань подзаборная!
Вытерев мокрый лоб, я отстегнул ремень и покинул раненного зверя. Покореженная дверь не закрывалась.
— Нет. Нет, нет, нет, нет, — провыл я.
Тусклого салонного света хватило, чтобы увидеть во что превратилась машина.
— Какого хрена я не так делаю в этой жизни?! — возмутился я. — За что мне все это?!
Всратый заказ! Вернуться бы назад во времени и отказаться от него!
Заказ! Клиент!
Снова вытерев мокрый лоб, я заглянул внутрь машины. Клиент пропал. От него остался только чемоданчик, который сейчас лежал открытым.
Пустой… Зачем ему пустой чемоданчик? Точно псих. Но где он? Он же жив? Наверняка жив! Если нет…
Так лучше не думать. Жив. Наверняка.
Я опять вытер лоб и оглянулся в поисках пассажира.
Лишь мрак. Как его искать? Лоб снова мокрый… Слишком мокрый для испарины. Что-то бежит по нему…
Взгляд сместился на руку.
Кровь. И нога…
Левая стопа была развернута в сторону правой, вместо того чтобы смотреть вперед.
Дурнота пришла внезапно. Ничего не понимая, я сел в снег и откинулся на машину. Мысли хаотично сновали по закоулкам разума в поисках хоть какой-то подсказки к действию.
Скорая! Нужно вызвать скорую. Телефон! Где телефон?
Я похлопал себя по карманам и огляделся, надеясь обнаружить где-то рядом холодный и такой привычный свет экрана.
Свет действительно был. Интуитивно я протянул к нему руку.
Стоп! Это не тот свет… Не телефон. Какая-то полоска лежит в снегу и светится. Что это?
Несмотря на мысли, рука тянулась дальше.
Не полоска. Нитка, с какими-то небольшими волосками-щупальцами. Как микроб! Точно! Микроб. Только размером с палец.
Рука тянулась вперед…
Прозрачный. Снег под ним видно. И теплый. Излучает тепло.
Рука замерла в сантиметре от микроба, повинуясь запоздалой реакции мозга.
«Микроб» шевельнулся и потянулся ко мне.
Касание.
Кончики пальцев пронзила боль, пульсирующие спазмы которой расходились по телу. Они просвечивали как сонар и возвращались обратно, после чего шла новая вспышка.
Нет! Назад! Отдернуть! Отдай руку, тварь!
Но рука словно онемела, не позволяя отдернуть ее. Кажется, я кричал…
Нет! Боль! Как больно! Прекрати!
А потом боль пошла внутрь. «Микроб», проникал внутрь. Весь мир утонул в пятнах боли.
Нет! Он ползет вверх! Ползет по руке! Внутри нее! Он внутри! Он внутри меня!
На плечи опустились чужие ладони, принеся с собой небольшое облегчение. Прямо передо мной возникло незнакомое бритое лицо.
— Глупый, — заявило лицо, и по голосу я узнал в нем своего пассажира. — Что ты наделал…
Я?! Это он! Он во всем виноват! Нечего было отвлекать меня и подгонять! Хотя какая разница… Срань подзаборная! Как больно!
Лицо передо мной резко обернулось и несколько мгновений вглядывалось в темноту.
— Они уже знают, — уверенно заявил недавний пассажир. — Они скоро будут здесь.
Лицо повернулось ко мне и окинуло оценивающим взглядом.
Кажется все! Умираю! Сука! Напрячься! Сказать! Сказать ему, что это он виноват! Пусть знает! Мудак!
— Это не должно быть так, но выбора нет, — сказал пассажир. — Запомни. Никто, слышишь, никто, не должен знать о тебе. Особенно другие. Избегай других. Избегай всех. Иначе умрешь. Ищи возможность переходить, это главный навык. И слушай что говорит
С последними словами незнакомец толкнул меня.
Падаю… Куда я падаю?! Сзади ведь машина!
И тем не менее я падал и падал именно назад. Опора просто исчезла, позволяя телу погрузиться в неизвестность.
Пожалуйста, пусть лифт не работает…
Это позволит немного отсрочить время с отцом. Наверняка он проснулся и ждет меня…
Пожалуйста, пусть он не работает…
Желание осталось не воплощенным. Глухо ухнув, лифт остановился на первом этаже. Со старческой медлительностью он приглашающе распахнул двери, явив свою желтую утробу. Я мялся на пороге, не решаясь сделать шаг внутрь.
А может, наоборот, зайти? Зайти, но не нажимать кнопку 7 этажа… Дождаться пока погаснет свет и сидеть там, в темноте и сладком одиночестве…
Жаль, что обычно это длилось недолго. Рано или поздно лифт вызывали, и мне приходилось покинуть уютную темную утробу.
Возмущенно ухнув, лифт, с видимыми усилиями закрыл двери. Мне было неловко тревожить старичка во второй раз. Используя это как собственное оправдание, я отправился пешком. Радовала любая возможность отложить наказание.
Пусть я его и полностью заслужил.
С одной стороны, я не виноват в том, что меня заперли в туалетной кабинке… С другой — мог бы потерпеть с туалетом до дома.
Второй этаж.
За свои поступки надо отвечать. Я опоздал, значит должен ответить за это. Вне зависимости от причины опоздания.
Это справедливо. Так говорит отец…
Третий этаж.
А может быть, отец так устал после дежурства, что до сих пор спит?
