Зверь в коротком приветствии наклонил башку. Секунду Курво осознавал услышанное, а после рассмеялся:
— Синда? Что ж, рад познакомиться. Будь нашим гостем.
— С удовольствием, — ответил волк на языке зверей.
— И… спасибо тебе!
Волк понимающе рыкнул. Лехтэ нахмурилась, и муж, заметив это, посмотрел вопросительно.
— Я думала, мы его возьмем с собой в Химлад.
— Обсудим это позже, — ответил он. — Но почему бы и нет.
«Хуан будет в восторге», — подумал он и, не сдержавшись, весело ухмыльнулся.
Тем временем верные, завидев леди, принялись устраивать на скорую руку импровизированное угощение: достали сыр, ломтики вяленого мяса и полную флягу чистой, вкусной родниковой воды.
— Благодарю вас, — улыбнулась Лехтэ, с удовольствием принимаясь за обед.
Волк так же не был забыт, получив солидный кус оленины. Хотя воины первое время косились на него с опаской, однако вскоре, поняв, что этот зверь не опасен и действительно друг госпожи, расслабились.
Спустя четверть часа один из дозорных привел Вагая.
— Потом расскажешь, что ты делала в этих краях, — сказал Курво, садясь рядом с женой. — Вечером, на привале.
— С удовольствием, — улыбнулась Лехтэ, и от этой улыбки у ее супруга вновь взволнованно трепыхнулось сердце.
«Нашлась! И жива!» — уже в который раз мысленно повторил он, словно до сих пор не мог до конца поверить.
— Однако я ожидал вопросов, — признался он.
— И я бы уже давно их задала. Как сын? Видел ли ты его? Долетели ли птицы, что я посылала с данными разведки? Но ведь ответ на них — дело далеко не пяти минут.
— Верно, — согласился Курво.
— Поэтому я задам их тебе на ближайшем привале.
— И я отвечу. Но и ты мне о многом расскажешь.
Лехтэ кивнула и вновь вгрызлась в мясо. Искусник же, полюбовавшись ею еще несколько секунд, обнял любимую, накинув ей на плечи свой плащ. Та охотно прижалась, и Курво подумал, что как бы ни закончился теперь этот день — он счастлив.
====== Глава 79 ======
В полумраке библиотеки чуть слышно отворилась дверь, послышались тихие шаги:
— Моя леди…
Стоявшая у окна Алкариэль обернулась:
— Да, Оростель. Все готово?
— Да, госпожа. Мы сделали усыпальницу внутри крепостных стен, как вы просили, в дальнем конце сада. Пока из дерева, а позже изнутри отделаем камнем. Сверху насыпали холм из земли.
— Благодарю вас. Дверь потом тоже замените на металлическую.
— Обязательно. Все сделаем.
Она кивнула и, вновь отвернувшись к окну, закрыла лицо ладонями. Плечи нолдиэ дрогнули, однако с губ не сорвалось ни единого звука.
За окном по темному, мрачному небу плыли тучи, и было почти невозможно угадать, ночь сейчас или все-таки день. С лугов плыл тонкий аромат трав, мешаясь с запахом гари, и было до слез обидно, что теперь, когда, казалось, все вот-вот должно было наладиться, жизнь так неумолимо и круто изменилась.
«И я еще долго, очень долго не увижу тебя, мельдо», — подумала вновь, уже который раз за минувшие сутки, Алкариэль.
От дверей послышался тихий вздох, и она спросила:
— Вы что-то еще хотите сообщить мне, да?
— Да, леди, — подтвердил Оростель. — Воины… они скорбят, это естественно. А еще они растерянны. Впервые мы остались без лорда, и… Признаться, я и сам в некотором смятении.
— Понимаю. Я позабочусь обо всем, не волнуйтесь.
— Хорошо, леди.
— Жду вас с рассветом внизу. Возьмите четырех воинов.
— Обязательно.
Оростель, коротко склонив в знак уважения голову, вышел. Алкариэль же, оставшись одна, горестно всплеснула руками и без сил опустилась на стоящий у стола стул.
Труднее всего было заставить себя поверить, что муж, который до сих пор казался ей неуязвимым, и правда умер. Хотя она сама закрыла ему глаза, а после долго сидела, держа его голову на коленях и разглядывая дорогие, такие знакомые черты лица, сердце все равно упрямо отказывалось верить, считая все дурным сном, наведенным Врагом мороком.
«Его братья, конечно, не успеют приехать, — напомнила себе Алкариэль и, нахмурившись, посмотрела в окно. — Там, на севере, еще идет война. Но они, если захотят, смогут попрощаться после. А впрочем, зачем прощаться? Он же еще вернется».
От раздиравших фэа противоречивых чувств, отчаяния и надежды, голова немного кружилась. Алкариэль с силой сдавила виски ладонями и, вскочив, стремительно прошлась по комнате из угла в угол.
«Еще одна проблема — смятение верных, о котором только что говорил Оростель. Они должны увидеть нового предводителя своими глазами как можно быстрее. Точнее, предводительницу. И им надо поверить, что я справлюсь. А я смогу? — задала она сама себе вопрос и тут же ответила на него: — Да».
В памяти всплыли далекие годы детства, проведенные с отцом в казармах верных Химлада. Отчеты, советы командиров, бесконечные тренировки воинов — все происходило на ее глазах. Подстрекаемая норовистым характером своей воспитательницы леди Тэльмы, малышка Алкариэль повсюду совала свой любопытный носик. Даже туда, где деве, казалось, не было места — в дела войны.
Леди Врат обхватила себя руками и, подойдя к окну, стала разглядывать двор, стены крепости и истоптанные ирчами поля. В ушах ее звучал голос отца.
