«Ирчи оставили бы гораздо более значительные разрушения, — подумала Лехтэ. — А люди более грубые. Вероятно, прошли эльфы».
Мысль воодушевляла, однако сперва ее требовалось проверить, а заодно выяснить, кто именно прошел.
Некоторое время путники двигались все вместе, после нолдиэ спешилась и повела Вагая в поводу. Когда дорога стала для него почти непроходимой, она оставила его в безопасном месте и пошла дальше с волком.
Скоро стали слышны звуки битвы. Шерсть Синды гневно встопорщилась, а Лехтэ, еще раз убедившись, что плащ на ней и она не видна, перехватила поудобнее лук и, уцепившись за ближайшую ветку, проворно вскарабкалась наверх.
«Почти как в детстве вместе с братом», — вспомнила она, невольно улыбнувшись при этом.
Происходившее впереди было видно плохо, поэтому нолдиэ перебралась на соседнее дерево, затем на следующее. Наконец, поляна впереди стала видна хорошо, и эллет устроилась поудобнее и достала стрелу.
Теперь было очевидно, что сражаются нолдор и ирчи.
«А это значит, что я могу помочь», — подумала нолдиэ.
Приглядевшись, она выбрала первую цель, как ей показалось, одного из вражеских командиров, и послала стрелу в полет.
«Прямо в глаз!» — обрадовалась она своему успеху.
Впрочем, если этот выстрел и произвел в рядах сражающихся какое-то действие, то ей было с такого расстояния не разобрать. Убедившись, что эльфы побеждают, она тщательно прицелилась и выстрелила в орка, который собирался ударить одного из нолдор в спину. Тот яростно сражался, но ни блокировать, ни увернуться уже не успевал. Волк под деревом ободряюще рыкнул, когда ирч рухнул на землю, но Лехтэ сделала ему знак вести себя потише.
Наконец, бой на поляне стих, и тогда тот самый нолдо обернулся и посмотрел прямо в гущу крон, словно что-то хотел отыскать.
«Не может быть!» — сердце Лехтэ подпрыгнуло в груди и часто-часто заколотилось.
Прямо на нее смотрел муж.
«Курво!» — прошептала она.
«Лехтэ!»
Осознание хлестнуло фэа Куруфина, словно удар плети. Именно ей принадлежала стрела, что покачивалась теперь в глазнице орка, совершенно ехидно при этом звеня. Золотое с белыми полосками оперение. Здесь, на передовой.
«Все-таки не в безопасности крепостных стен, не в тылу и не на пути в Химлад, — подумал Искусник и мысленно выругался: — Проклятье, и почему я не удивлен?»
Впрочем, сын говорил, что отправлял мать с докладом к полу-родичам. Значит, либо она не доехала, либо кто-то из воинов не пропустил ее, не подумав о безопасности незнакомой эльфийки.
«И вот об этом с ними еще предстоит серьезно поговорить», — пообещал себе он.
И все же в сердце, словно птица весной, билась радость, грозя выплеснуться наружу полноводным потоком, сметающим все на своем пути. Лехтэ нашлась! Она жива и совсем рядом!
— Не расслабляться! — приказал тем временем Курво вслух верным. — По кустам еще могут рыскать враги.
Сам же он, мысленно прочертив траекторию полета стрелы, пригляделся внимательней к кронам деревьев. На миг ему показалось, будто воздух подернулся легкой рябью. Впрочем, это можно было списать и на летний зной.
«В любом случае, если не знать, что именно ищешь, заметить ничего невозможно, — отметил он про себя. — Выходит, на ней тот самый подарок фалатрим».
— Не вздумай слезать, пока не разрешу! — послал он подобное стреле осанвэ, уверенный, что Лехтэ его услышит.
Едко пахло гарью и паленым мясом. Одна из тварей пошевелилась, и Курво, добив ее ударом меча, отправился проверять подлесок. В течение четверти часа им удалось обнаружить еще с полдюжины ирчей, однако на этом, похоже, было все.
Искусник выдохнул и, убрав меч в ножны, приказал:
— Расставить часовых. Скоро двинемся дальше.
— Слушаюсь, лорд.
— И проверьте, нет ли где-нибудь рядом коня.
Верный ушел, а Курво огляделся по сторонам, словно еще раз хотел убедиться в безопасности, и пошел к дубу, над которым недавно заметил марево.
— Вот теперь можно спускаться, — сказал он спокойно, посмотрев вверх. — Сама справишься, или помочь?
— Вот еще, — весело фыркнул в вышине любимый голос, и Куруфин едва успел подставить руки, чтобы подхватить спрыгнувшую с ветки жену.
Опустив ее на землю, он на ощупь стянул с ее головы плащ и взглянул наконец в сияющие от радости глаза:
— Здравствуй, мелиссе.
— Здравствуй, мельдо, — она обхватила его шею руками, и муж несколько долгих мгновений рассматривал знакомые черты, с удовольствием вглядываясь в малейшие черточки и впитывая идущий от них свет, а после еще крепче прижал к себе жену и, наклонившись, поцеловал.
— Наконец-то нашел!
Отпускать ее не хотелось, словно только в его руках любимая могла быть в абсолютной безопасности, однако идти таким образом к верным было затруднительно. Нехотя он отстранился, впрочем, сразу взяв супругу за руку, однако та его неожиданно окликнула.
— А я тут не одна, — сообщила Лехтэ загадочно и, обернувшись, сделала знак свободной рукой и тихонько свистнула.
И тогда из подлеска вышел волк.
— Познакомься, — с гордостью сказала нолдиэ мужу. — Мой новый друг и спутник. Его зовут Синда. Он помогал мне все эти дни и охранял.
