Выбранный им водный путь оказался легким — река споро несла плоты, направляемые шестами подальше от берегов, отмелей и скалистых преград, что иногда возникали в ее водах. Лишь изредка эльдар делали остановки, чтобы пополнить запасы — Финдарато торопился и не желал искушать судьбу. Несмотря на то, что орков они не видели, присутствие искажения Моргота ощущалось порой сильно. Твари бродили в лесах, исполняя злую волю господина, вероятно, нападая на живших там авари. Во всяком случае, так считал Финрод, не зная, что в момент первого восхода в Белерианде пробудились атани, вторые дети Эру, которых первым обнаружил Враг, осознав, что получил ценнейший материал для осуществления своих планов. Именно их слуги Моргота и убеждали добровольно прийти в Ангамандо, чтобы обрести покровительство могучего господина, властелина Арды, как он сам себя называл. Атани поддавались искажению удивительно легко, лишь немногим удавалась противостоять ему. Однако и те испытывали недоверие ко всякому, кто не являлся их соплеменником, а потому и селились они в глухих лесах, где порой подвергались нападению странных существ.
Время шло, Сирион становился шире, полноводней, течение постепенно замедлялось.
«Пора», — решил Финрод и скомандовал причалить к западному берегу. Рисковать и подходить к водопадам еще ближе он не стал.
Предстоял длительный пеший переход. Конечно, с преодолением Хелкараксэ его сравнить было невозможно, однако к концу первой недели многие изрядно утомились. Желая поддержать уставших эльдар, Финрод взял в арфу. Тихая нежная мелодия легким шепотом разнеслась над равниной. Птицы замерли, прислушиваясь, звери уютно свернулись клубочком, засыпая, и лишь дикие кони, что паслись неподалеку, удивленно и настороженно подняли головы. Старшая кобыла стригла ушами, долго принюхивалась, и, уловив только ей понятный сигнал, повела свой небольшой табун к стоянке Финдарато.
====== Глава 21 ======
— Андрам — это не горы, а цепь холмов, — рассказывал Острад на привале, крупной веткой лениво вороша поленья в костре. — Правда, довольно высоких. Гряда тянется на восток от Врат Сириона до самого Рамдала. Там она становится уже менее отвесной, поскольку долина Гелиона плавно понижается. С севера на юг ширина Андрама составляет три лиги.
Лехтэ мысленно представила себе карту и покачала головой. Объезжать им, безусловно, придется далековато.
— Может быть, мы сумеем найти удобный для перехода перевал? — размышлял вслух Финдекано.
Острад кивнул:
— Обязательно попытаемся.
Впереди лежал лес Таур-эн-Фарот, и командир их смешанного отряда с каждым днем волновался все больше и больше.
— Мне не дает покоя предупреждение Армидель, — признался он однажды в беседе с Тарионом. — Пока разведчики ничего не обнаружили, но это может означать так же и то, что от нас хорошо прячутся. И еще тот странный туман у Нэннинга… Я всей кожей чувствовал тогда искажение.
— Мы будем очень внимательны и осторожны, — заверил верный.
С некоторых пор можно было подумать, будто дозорные вообще не спят. Отряд продвигался вперед тихо и для посторонних глаз незаметно, стараясь придерживаться естественных укрытий. Лехтэ и сама, видя напряжение воинов, всегда была наготове — не отвлекаться, не удаляться от мест стоянок. Может, она и не помогала отряду, но уж, по крайней мере, старалась не быть обузой.
Достав свой лук и стрелы, Тэльмиэль тщательно их проверила и повесила за спину, а затем надела поверх кольчуги пояс с метательными ножами. Если однажды дело дойдет до боя, она сделает все возможное, чтобы забрать пару-тройку орочьих жизней. Вдруг это хоть кого-то спасет?
— В сам лес углубляться не будем, — решил Финдекано. — Объедем по краю.
— Хорошо, — кивнул Острад. — Я согласен.
Полоса деревьев впереди становилась все длиннее и толще, и нолдиэ гадала, сколь много опасностей им еще предстоит одолеть. На стоянках, во время кратких мгновений отдыха, рука сама тянулась к сумке с палантиром, но каждый раз останавливалась. Вызовет она мужа, и что скажет? Что создала ему своим появлением много дополнительных проблем? Как будто у него там и без нее их мало.
Она со вздохом убирала руку от камня и запрещала себе сообщать любимому.
Все так же реяли по ночам над травой светлячки, взлетали ввысь, в темное небо, искры, и можно было легко поверить, будто и не существовало никогда никаких бед и трудностей, что эта поездка вполне обыденная и мирная. Вот только серьезно всматривающиеся в темноту дозорные никак не вписывались в эту воображаемую картину.
Еще до света они теперь сворачивали лагерь и трогались в путь. Финдекано все больше мрачнел. Напряжение можно было почти что потрогать руками. В какой-то момент Лехтэ вдруг поняла, что давно уже не слышала пения птиц. И в тот же миг до ее ушей донеслись торопливые слова одного из разведчиков, спешно прискакавшего с докладом к командиру:
— Мой лорд, орки.
— Сколько? — резко спросил Финдекано, сдерживая коня.
Тэльмиэль напряглась и прислушалась. В лицо ударил упругий порыв почти ледяного ветра, и она поневоле поежилась, плотнее запахнувшись в плащ.
Разведчик был бледен.
