Когда твоя жизнь меняется по независящим от тебя причинам, у остается только два пути: сложить руки или доказать, что ничего в этом мире не способно сломить тебя. Но сможешь ли ты забыть того, кто изменил твою душу?
Я взглянула в зеркало. Из-под длинной челки на меня испытующе смотрела миловидная молодая женщина. Сегодня ее глаза, имевшие привычку менять цвет в зависимости от настроения, были серыми, лицо непривычно бледным, а чуть волнистые волосы убраны в небрежный узел на затылке. Сама невинность. Лишь карминово-красные губы изогнулись в легкой усмешке, словно вопрошая: «Ну, и зачем тебе все это надо?». Я в раздражении стерла помаду. Губы сразу припухли и теперь, еле заметно, зудели от почти грубого прикосновения ватного диска. Сегодня был как раз один из таких дней, когда раздражало все. Я слишком нервничала и никак не могла унять дрожь в пальцах. Ну, подумаешь, первый день на новом месте. Я же профессионал! Я привыкла справляться с задачами вне зависимости от градуса накала ситуации. Хотя сейчас это звучало, как повторение строчек резюме, не больше.
- Возьми себя в руки! - громко сказала я брюнетке в отражении.
И без колебаний вновь одела губы в красный, ослепительно улыбнувшись, оставляя нервничать ту, живущую по другую сторону зеркала. Это она могла позволить себе лить слезы, быть слабой и беззащитной. Она могла позволить себе любить... Я же давно срослась с маской успешной бизнесвумен, идущей по головам, была насквозь пропитана сарказмом, остра на язык, слишком прямолинейна, бесчувственна, бессердечна. Зла. Такие комплименты сыпались мне вслед регулярно. Коллеги уважали мою работоспособность, со скрипом признавали заслуженность повышений, и никогда не пытались сближаться, стараться разузнать, что заставило меня выбрать такую роль. Я была этому несказанно рада. Когда-то давно, я сознательно выбрала такую модель поведения, надежно спрятав осколки своей нежности и богатого внутреннего мира в самой пыльной коробке на чердаке того, что другие называют душой. Сегодняшняя я панически боялась признать, что у нее все еще есть душа, что она все еще может что-то чувствовать. В такие минуты мое альтер эго, правящее в Зазеркалье, сочувственно качало головой. А я в ответ лишь стискивала зубы и широко улыбалась, много лет ежедневно доказывая ему и самой себе, что счастлива настоящим положением дел. Это работало, и теперь девушка в Зазеркалье все чаще приходила к мысли, что моя реальность чертовски заманчива...
Спустя шесть километров, превратившиеся в полчаса утомительного простоя в пробке, я припарковала автомобиль перед стеклянным корпусом бизнес-центра. Заглушив двигатель, привычно скинула удобные балетки, меняя их на шпильки, и оглядела себя в последний раз в зеркальце на козырьке. Все было будто бы в порядке, и, звонко стуча каблучками, стерва внутри меня довольно двинулась в сторону ресепшн, покачивая бедрами.
- Добрый день, - лениво проговорила я, с удовольствием отмечая, как молодой сотрудник службы безопасности вздрогнул от моего тембра, глубокого, мягкого, наполненного дыханием, словно несущего улыбку, хотя последней не было и в помине. - Моя фамилия Йоффе, - подтолкнула я в его сторону права.
В молчании прошло полминуты. Мальчик лишь хлопал глазами, что начинало злить.
- Пропуск, - раздраженно постучала я идеальным ноготком по столешнице, - сорок второй этаж, - сотрудник бизнес-центра наконец спохватился и внес все необходимые сведения в журнал регистрации, выдав взамен пластиковую карточку. - Спасибо.
Я покачала головой, нажимая на кнопку вызова лифта. Когда же двери раскрылись на нужном этаже, я оказалась в просторном, светлом помещении. Панорамные окна, высокие потолки, молочно-белые стены, минимум декора. Люблю минимализм. Все там, где и должно быть. Я двинулась к стойке ресепшн цвета венге, занимавшей большую часть холла, за которой одиноко сидела секретарь, приветственно улыбнувшаяся мне.
- Добрый день! Чем я могу вам помочь? - пропела она.
Девушка была приветлива, но ненавязчива. Блондинка, волосы собраны в высокий хвост, естественный макияж, рубашка, обтягивающая грудь, юбка-карандаш. Она производила впечатление открытого, доброго человека. Но я, давным-давно научившаяся читать лица, знала, как обманчив этот невинный образ. Жаль, что ей не хватает дальновидности. С такими амбициями, в будущем, она вполне могла бы стать мной. Пожалуй, в другой жизни мы даже были бы подругами. В жизни, которой не суждено случиться.
- Моя фамилия Йоффе, - склонила голову я, все еще изучая ее. В глазах девушки мелькнуло узнавание. Они тут что, раздают фото посетителей на утренних планерках?
- Ангелина Борисовна, прошу вас, присаживайтесь. Я доложу о том, что вы приехали, - махнула она в сторону диванчиков напротив.
Я снисходительно улыбнулась и приготовилась к мучительному ожиданию. Последние годы я работала за границей в одной из престижных фирм строительной отрасли, покинув Россию десять долгих лет назад, но обстоятельства вынудили меня вернуться на родину. Меня уговаривали остаться, но, чем дольше я все обдумывала, тем больше чувствовала, что мне необходимо бежать.
- Пойдемте со мной.
