– Архитектор. Да, про художника ты почти угадал. Еще в школе был уверен, что свяжу свою жизнь с красками и холстами, но не вышло. Перегорел.
– Но рисовать-то умеешь? – я хитро ухмыльнулся. – Нарисуешь мой портрет?
Алмаз смущенно пожал плечами и вновь спрятался за объективом камеры, чтобы не отвечать на вопрос. Я так до конца и не понял, почему некоторые мои слова заставляли его замыкаться в себе. Он то и дело отводил взгляд, а щеки покрывались румянцем. И отчего-то его реакция меня сильнее распаляла.
– Как ты думаешь, Федь, – начал Алмаз, медленно отводя фотоаппарат от лица и глядя на меня своими пронзительными глазами, – почему рамы на окнах красят в белый цвет?
– Неожиданный вопрос в третьем часу ночи. Прям в тупик меня загнал. Ну, наверное, потому что белый цвет – стандартный, по умолчанию их и красят в белый.
– А почему не в черный? Этот цвет также приятен глазам.
– Так-так, похоже, я погорячился, когда подумал, что ты окончательно протрезвел.
Мы дружно рассмеялись, и Алмаз покачал головой, опровергая мои слова. В ожидании продолжения столь странного и заинтересовавшего меня разговора, я закурил еще одну сигарету. Так, глядишь, и всю пачку выкурю за раз.
– Мне нравится фотографировать несимметричные здания. Не знаю, как объяснить. Проще самому увидеть. Я вышлю некоторые снимки вместе с теми, которые успел запечатлеть сегодня. А лучше даже – ссылку на аккаунт в «Инстаграм».
– О, давай, было бы круто. Несимметричные, говоришь. То есть черные рамы из той же оперы?
– Ага. Я все пытаюсь понять, что побуждает некоторых людей не следовать общепринятым стандартам. Ты сказал правильно, Федь. Белый – стандартный цвет. Но стоит ли бороться с самим собой, если куда сильнее привлекает черный цвет рам? Или позволить обществу диктовать условия?
Я уставился в пустоту, пытаясь уловить суть сказанного. Слишком резко затянулся сигаретой, едва не поперхнувшись дымом. Голова плохо соображала в такое позднее время, мысли просто путались. Удивительно, как Алмазу удавалось так четко излагать свою точку зрения после нескольких крепких коктейлей.
– Почему у меня такое чувство, что речь вообще не про рамы на окнах? – ляпнул я первое, что пришло на ум.
И, кажется, попал в точку.
Взгляд Алмаза прояснился, губы дрогнули в полуулыбке. Но уже спустя миг он озадаченно нахмурился. Такая резкая перемена настроения ему несвойственна.
– Все, Алмаз, нам нужно проспаться. Давай мы продолжим этот разговор завтра. Если ты придешь на турнир, конечно.
Алмаз так и продолжал хмуриться, избегая моего взгляда. Накрыл объектив крышкой, спрятал аппарат в сумке. Я наблюдал за ним с нескрываемым любопытством. Этот парень оставался для меня загадкой. Я привык, что у всех ребят из моего окружения (кроме Андреа, разумеется) мысли и намерения буквально на лбу написаны крупным шрифтом, не нужно теряться в догадках. Алмаз явно от них отличается.
Может быть, это меня в нем и привлекает? Он какой-то другой, многое не договаривает, говорит загадками, не спешит обнажать передо мной душу. И тем самым лишь подогревает интерес.
– Завтра не получится, прости. В другой раз.
– Да, без проблем. Можешь в любой день привести с собой друзей, первый столик в ВИП-зоне числится на мне. Только предупреди заранее, а то мои парни могут завалиться и средь бела дня. Записал же номер, да?
Не знаю, что конкретно не понравилось Алмазу из только что сказанного, но на миг по его лицу скользнула тень печали. Я умолк, не решаясь продолжить. Похоже, он не привык к общению с состоятельными людьми, а я, напротив, понятия не имею, как общаться с теми, для кого деньги не просто бумажка, а едва ли не цель жизни, которую нужно достигать годами. Впредь стоит обходить стороной разговоры о богатстве и хорошенько обдумывать слова, прежде чем говорить их вслух.
– Спасибо за предложение, я бы с радостью им воспользовался. Но у меня не так много друзей, – Алмаз замялся, а после обреченно выдохнул, словно бы боролся с самим собой последние минуты. И в итоге сдался. – Честно говоря, их нет
– А как же Алена? – подколол я парня. Алмаз просто пожал плечами, оставив мой вопрос без ответа. – Да знаешь, я недавно только понял, что с годами все труднее найти хороших друзей. Мне повезло, что мы с парнями еще с младших классов вместе. Не знаю, что бы я без них делал. Поддержка очень важна. Но, Алмаз, могу тебя заверить: все самое классное еще впереди. Пока сосредоточься на дипломе, а дальше жизнь все расставит по местам. Найдутся и друзья, и хорошая девушка.
– Очень надеюсь, что все так и будет, – сдержанно улыбнулся Алмаз. Он смотрел на меня с такой благодарностью во взгляде, что невольно сжалось сердце.
Я не кривил душой, мне действительно кажется, что с годами все сложнее заводить знакомства, учиться доверять тем, кому о тебе ничего не известно. Но бывает, судьба сама сводит с нужными людьми.
