Включая телефон, я уже со страхом прикидывал количество непрочитанных сообщений и пропущенных вызовов. Зажмурился, молясь, чтобы только от Вити не было посланий с пометкой «срочно». Сейчас я ничем не смогу ему помочь или как-то разрешить проблему, а вот последствия непременно придется расхлебывать самому.
Благо от Вити пришло сообщение с текстом, что все в порядке и вечеринка проходит по плану. Я проигнорировал его, потому что сообщение от другого отправителя заинтересовало меня куда больше. Чувствуя внутреннюю дрожь, я открыл диалог с Алмазом и пробежался глазами по строчкам.
Душа ушла в пятки от осознания собственной оплошности. Я тяжело вздохнул и прикрыл на миг глаза.
Мог бы предположить, что он передумает и придет в клуб без предупреждения, уверенный, что застанет меня на рабочем месте. Казалось бы, где мне еще быть в ночь вечеринки? Возможно, уведомления пришли еще до того, как разрядилась батарея, а я попросту проморгал сообщения от самого важного на данный момент человека. И лишился долгожданной встречи с ним.
Успокаивало хотя бы то, что прошлый вечер прошел не зря. Алмаз должен понимать, насколько для меня важен каждый проект, но в то же время я никогда не поставлю бизнес во главу всего. Даже друзей я не бросал, несмотря на то что приходилось разрываться, проклиная их частые походы в клубы и рестораны.
С разочарованным стоном я рухнул обратно на кровать и накрыл лицо подушкой. Тихо выругался, сжав ее пальцами. Ладно, нет времени на бессмысленную жалость к самому себе, пора выдвигаться.
Как бы сильно мне ни хотелось увидеть Алмаза сию же минуту, я дам ему время, чтобы он мог отдохнуть после тяжелой трудовой недели. Подожду столько, сколько потребуется. Ради жаркого и страстного поцелуя с моим ангелочком я готов терпеть хоть целую вечность. А наша следующая встреча начнется как раз с него, вне всяких сомнений.
Без конца зевая, я проследовал к барной стойке и с удовлетворением отметил, что ребята уже вовсю поглощены работой. Мне же потребовалось по меньшей мере три часа, чтобы окончательно проснуться и привести себя в порядок. Ночью энергия била ключом, а теперь мне с трудом удавалось держать глаза открытыми.
Одного взгляда Жени на мой помятый вид хватило, чтобы понять: дела обстоят даже хуже, чем я предполагал. Махнув бармену в знак приветствия, я привалился грудью к стойке и опустил голову на ладони.
Соблазн выпить чашечку кофе был слишком велик, усилием воли я сдержался, чтобы не попросить Женю приготовить мне двойной эспрессо. Боюсь, тогда мое сердечко точно взбунтуется. Остаточная доза снотворного еще циркулировала в организме, и даже думать не желаю, какие повлечет за собой последствия встреча лекарства с кофеином. Возможно, ничего страшного и не произойдет, но выступать в роли подопытного кролика не больно-то хотелось. Придется искать источник адреналина в чем-то еще, помимо кофе.
– Федор Николаевич, с вами все в порядке? – где-то над головой прозвучал пронзительный голос Жени.
Я поморщился и обессиленно кивнул. Кажется, зря я приехал, в таком состоянии сосредоточиться не получится. Все труды, над которыми я так усердно работал, окажутся напрасными.
– Да, нормально, – я поднял голову и пару раз поморгал, фокусируя взгляд на лице бармена. Женя улыбался слегка неуверенно, но в целом пребывал в бодром расположении духа.
Никогда не задумывался предложить им ночевать в клубе, чтобы не так накладно было с транспортом, а сейчас вдруг разглядел в этом определенную логику. Они уезжают чуть ли не под утро, а возвращаются всего-то спустя пять-шесть часов. Сколько, интересно, порций кофе они выпивают за день? И как вообще можно оставаться энергичным даже под кофеином, когда организм отчаянно требует полноценного сна?
– Вчера все прошло без эксцессов? У меня батарея села, вылетел на время из реальности.
– Как обычно все. Вас ведь и в прошлые выходные не было, мы как-то справились. Витя наорал на меня вчера всего лишь раз четырнадцать, считаю это прогрессом.
Я не сдержался от смешка, хотя и шевелить лицевыми мышцами получалось с трудом:
– А на той неделе сколько раз?
– Дайте подумать, – Женя схватился за тряпку, чтобы протереть стойку, и на секунду сжал ее в ладонях. – Не меньше тридцати точно. А под конец вообще назвал цыпленком с куриными мозгами.
